возврат к обзору книг

к анонсу новых книг  

на главную страницу сайта   

Семиры и В.Веташа «АСТРОЛИНГВА»

              Глава из книги:

Семира и В.Веташ

МИФОЛОГИЧЕСКИЕ АРХЕТИПЫ ЗОДИАКА

(обновленная версия книги «АСТРОЛОГИЯ И МИФОЛОГИЯ»)

При цитировании данных материалов обязательно ссылаться на авторов и данный источник © 

 

ДАР ЖИЗНИ

- мировые архетипы Cолнца -

 

"Савитара, златорукого, я призываю для поддержки."

"Он простёр руки ко всем существам...

Пусть вселяет в нас жизнь ночами и днями!"
                                                                    
(РВ,I,22; IY,53)

 

СОЛНЦЕ — ЦЕНТР ВСЕЛЕННОЙ

 

С древнейших времён люди относились к Солнцу как к чему-то само собой разумеющемуся. Оно не так поражало воображение как бушующее море, грозящая пожаром молния или необъяснимая радуга. Даже Луна являла более притягательный образ: представляя собой контраст света и тьмы, она во мраке освещала Землю. А Солнце светило днём, среди ясного неба, которое было светлым даже тогда, когда оно скрывалось за тучей. Светило всегда было всего лишь частью и объектом мира Земли. Поэтому людям сложно было представить его в глобальной функции всемогущего бога, и особого внимания светилу не уделялось. "Царь стоя кланяется богу грозы, он стоя не кланяется богине солнца,"— говорится в хеттском тексте[1]. У шумеров бог солнца Уту занимал второстепенное положение. В Эламе, согласно тексту, датируемому 23 в. до н.э.[2] бог солнца Наххунте занимал пятое место в иерархии богов. Имя семитского солнечного бога Шамаш одного корня со словом "слуга", что подтверждает его служебное положение и т.д.

"Поклонение солнцу далеко не повсеместно среди примитивных племен, хотя на высших ступенях религии оно обнаруживается повсюду на Земле,"— констатирует мифолог Э.Б.Тэйлор.[3] Конечно, участвуя в небесном действе, Солнце не могло остаться незамеченным: оно фигурировало в мифах как глаз бога Неба или огненная наковальня божественного Кузнеца и связывалось с чередованием дня и ночи. Каждый день оно послушно вставало на востоке и свершало небесное путешествие на запад, символизируя собой постоянство и совершенство исполнения космического закона. Но идея того, что именно Солнце в действительности является источником нашей физической и духовной энергии, сначала не приходила человеку в голову, и древнейшие мифы не отводят светилу центрального места. Да и что спрашивать с древних, если даже сегодня любители астрологии часто не могут уяснить себе важности Солнца: рассматриваемого в гороскопе наравне с планетами, и всё же с ними несравнимого?

В астрологии солнечная характеристика — знак Зодиака — является сущностью человека или наиболее значимым его внутренним определением. Начиная с предыдущей мифологемы, мы перешли к планетам, описывающим более конкретные, личные качества людей, теряющие ореол абстрактных понятий. По сравнению с таинственным Нептуном или невидимым Вулканом, Солнце не удивляет нас. Оно является частью повседневной жизни, слишком обыкновенным и будто бы доступным объектом, который мы видим каждый день. И каждый день мы созидаем своими руками нашу обыденную реальность: то исполняя волю внешних законов, то утверждая свою самостоятельность — и роль этой части жизни обычно остаётся незамеченной. А именно она раскрывает божественность личности и составляет наше индивидуальное бессмертие. Это жизненное творчество личности воплощает Солнце.

Солнце — это то, что непосредственно доступно каждому. Когда грек Лукиан посетил знаменитый храм в Иераполисе в Сирии, он увидел изображения всех богов, кроме Солнца и Луны. Спросив о причине, он получил ответ, что прочие боги невидимы для людей, тогда как Солнце и Луна и без того открыты для всех. Реальной причиной могло служить позднее введение светил в пантеон богов. Но ответ жреца помогает нам понять идею солнечного архетипа. Солнце — это то высшее, что не нуждается в таинствах храма. И оно у каждого свое: отчего мы называем это понятие индивидуальностью, самосознанием или высшим "я". В дополнение к Солнцу как собственному духу человека, Луна символизирует образ своей души.

Солнце — центр нашего видимого мира. В Солнечной системе, как и на Земле, человек является единоличным правителем. И то фантастическое подобие Вселенной универсальному существу, которое декларировал знак Весов, становится явным в образе совершенного Человека — хозяина устроенного им бытия. Совмещая гармонию и покой Весов с неуспокоенностью и постоянной преобразовательной деятельностью знака Девы, Человек формирует вокруг себя свой проявленный мир, подобно Солнцу, создавшему планетную систему, и становится его центром. Он правит этим миром силой человеческого опыта, закрепившего основы разумной цивилизованной жизни, и потому мыслится царём природы. Так солнечный знак Льва, царя зверей, воплощает в жизнь утопию жизненного совершенства, представленную кардинальным знаком Весов.

Позднее оформление солнечного архетипа связано с тем нетривиальным смыслом, который он несёт. Описывая человеческую индивидуальность, Солнце воплощает центр воли в глобальном всеохвате мира Вулкана. В человеческом организме оно соответствует сердцу и символизирует наши истинные помыслы и желания ("скажи, что у тебя на сердце"). Это те наиболее важные личные побуждения, вокруг которых строится вся наша жизнь. Так у египтян сердце считалось центром воли и сознания: потому Птах творит мир, задумав его в сердце. Архетип Солнца не мог ярко заявить о себе до того, как возникло понятие об индивидуальности с её личными желаниями и возможностями. А это произошло лишь тогда, когда проблема выживания коллектива в связи с достигнутым уровнем культуры навсегда отошла в прошлое, что позволило уделить внимание жизни отдельной личности.

В гороскопе сильное Солнце побуждает человека всегда быть на виду (ибо, как говорит кубинская пословица, "солнце в тень не заходит"). Оно проявлено у актёров и всех тех личностей, которые не сходят с телеэкрана. Влияние солнечного архетипа непосредственно заметно в День Рождения, когда человек естественно оказывается в центре внимания, празднуя солнечный цикл года. Близкие и друзья окружают его, как планеты — светило, или как музы — солнечного бога Аполлона. Будучи героем дня, человек ощущает свою самоценность. Он стремится проявить яркость своей личности, а окружающие дают ему возможность почувствовать удовлетворение от жизни и полноту своего существования. Так же помогает человеку жить природа июля-августа, в календарное время Льва, когда созревает урожай и всей накопленной за лето мощью природа щедро делится с людьми. Одаривая нас своими плодами, природа дает людям лучшее, что может дать, и человеческий род по праву чувствует себя царем природы и вершиной мироздания.

 

СИЯНИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ

 

Лев — второй знак активной стихии огня, вбирающей в себя и объединяющей под своим руководством предыдущие стадии развития. Становясь центром собственного мира, Лев наследует опору на собственные потенции от Скорпиона, абстрактное моделирование жизни от Весов и владение материальными процессами от Девы. Опираясь лишь на свои возможности и свои законы, и используя рациональные знания предыдущего опыта, он предлагает новый способ существования — по сравнению с социальным зданием Стрельца, первичного знака стихии огня.

Подобно Солнцу, ассоциирующемуся в астрологии с рациональным началом, разум человека освещает мир и раскрывает смысл дара жизни, данной не только всем, но и каждому. Он даёт возможность подвергнуть сомнению прежние каноны общественной жизни, отражающей естественную волю природы. Опыт показывает, что личность, в которой горит божественный огонь творчества, порой может больше, чем многие верные носители коллективной воли. Эту идею доносят до нас мифологические образы героев. Архетип Солнца взамен стрельцовского идеала священника, проводника высшей воли, формирует идеал героя: "человека разумного" или Человека с большой буквы (который мы сегодня можем найти в произведении "Что делать?" и самой жизни Чернышевского, родившегося под солнечным знаком Льва). Характерно, что священника достаточно одного, а героев может быть много.

Стрелец опирается на веру, Лев — на разум. Стрелец формирует коллективную реальность, которая находит отражение в общественной идеологии. Лев предполагает творение индивидуальной реальности каждого, которая отражается прежде всего в созидании материальных объектов. Стрелец соединяет существующие реалии природы и общества в образе царя-жреца: проводника глобальной внешней воли божественной природы. Лев символизирует создание человеком своего мира, подобного божественному, и здесь цивилизация предстаёт перед нами в своём расцвете, воплощаясь в личности императора, владеющего всей созданной человечеством машиной. Власть царя основана на идеологии и вере, которая меняется, напоминая о том, что Стрелец — мутабельный знак и в зависимости от внешних обстоятельств он уступает свою позицию. Жизнь царя не ценна сама по себе, а лишь как символ блага его народа и его связи с Небом (вспомним, что ради общей идеи его нередко приносили в жертву). Власть императора непосредственно связана с материей, созидаемой человеческими руками, и это делает его трон более независимым, его самого неприкосновенным, а знак Льва — стабильным знаком, полноправным властителем своей реальности.

 

Обожествление Солнца связано с расцветом земледельческой цивилизации. Развитие земледельческой культуры и освоение материалистического взгляда на мир постепенно делало роль светила более явной. Но характерно, что мощным толчком к обожествлению великого небесного тела послужил предмет, созданный человеком. В бронзовом веке выплавка металлов привела к изобретению колеса, сыгравшего исключительную роль в развитии человечества и ставшего универсальным символом Солнца.

Колёса со спицами появились в третьем тысячелетии до н.э, и это привело к усилению почитания Солнца. Вслед за колесом возникли боевые колесницы: которые упоминаются уже в древнейшей хеттской клинописной таблице XIX века до н.э., повествующей о завоевательном походе царя Анитты.[4] Хетты, ранний индоевропейский народ, славились особым искусством управления колесницами и лошадьми, и первыми в истории оставили подробные письменные инструкции, как за ними ухаживать. Все ранние индоевропейские тексты (крито-микенские, переднеазиатские, ведийские) упоминают боевые колесницы и лошадей.

Колесные повозки расширили жизненное пространство народов и позволили им контролировать обширные территории. Это привело к образованию империй. Смысл образования империи сохранился в индийском жертвоприношении коня. Коня выпускали в поле, и год он свободно бродил по близлежащим территориям, которые должны были признать верховенство царя, готовящегося к жертвоприношению этого коня и выразить ему дань уважения на этом жертвоприношении.

Во главе империй становился человек, доказывавший своё право на власть своею силой и мощью своего народа. С тех пор, соответствуя высшему представлению о человеке, Солнце служило эпитетом наиболее великих правителей всего мира: можно вспомнить китайских императоров, Владимира Красно Солнышко или Короля-Солнце Людовика XIV-го. (И многие известные правители родились под солнечным знаком Льва — Наполеон и по некоторым версиям: Александр Македонский, Цезарь, а также король Артур — предводитель рыцарей Круглого стола). От солнечных лучей ведет начало золотая царская корона, а римские императоры посыпали себе лицо золотой пылью. От богини Солнца Аматэрасу вели свой род японские императоры. В религии Перу Солнце мыслилось предком и основателем правящей династии инков, члены которой считались его воплощениями и составляли особую солнечную касту. Инки верили, что их предки были детьми Солнца-Инти, который послал на Землю сверкающего героя Манко Капака и его сестру Мама Койю – первых царя и царицу инков, чтобы они цивилизовали дикие народы. И сегодня в мировой астрологии Солнце в гороскопе страны указывает на президента или иного главу государства.

Сыном Солнца-Ра считался египетский фараон, и наиболее ярко образ Солнца как правителя раскрывает древняя земледельческая цивилизация Египта. Фараон стал мыслится богом в начале III-го тысячелетия до н.э., а имя солнца-Ра в титулах фараонов появляется в 27 в. Согласно египетской мифологии, солнце плыло по небу на ладье. И в гробницу фараона Хуфу, которого при жизни называли "великим богом" и "царем восточного небосклона", были положены две барки: после смерти он намеревался сопровождать Ра в его путешествии. Одна барка предназначалась для дневного, другая для ночного мира. После того, как Хуфу столь явно уподобил себя светилу, фараон Джедефра впервые стал величать себя "сыном Ра". Имя фараона значило "долгоденствует он, Ра", и в этот период в связи с властью фараона усилилось почитание Солнца.

В этих событиях отразилось желание фараонов увековечить себя: столь естественное для современного мира, но вовсе не такое характерное для древних царей, о которых мы поэтому мало что знаем. С той же целью возводились и пирамиды: они должны были сохранить память о фараоне, и так обеспечить его бессмертие. На пирамидах писали: "Как крепко имя бога, так крепко имя царя, так крепка эта пирамида во веки веков!" Или: "О царь! Твое имя живет во главе живых. Ты не погибнешь, ты не кончишься во веки вечные!"[5] Такие устремления фараонов сигнализируют о развитии понятия индивидуальности до его кульминации: рождение личного "я", которое захотело быть вечным. И не только в образе перерождающейся души или бесплотного духа, но и в земной оболочке (о чем говорит искусство изготовления мумий) и среди живых людей, помнящих о нем. В середине II тысячелетия до н.э. о том же свидетельствуют гробницы частных лиц и вера в то, что умерший уподобляется богу Осирису. Это подчеркивает претензию людей на свою независимость от природы, которая стала возможной в лоне цивилизации.

В истории правители солнечного типа, утверждающие свою волю нередко вопреки обычаю, лишаются роли божественных проводников, которыми естественно были цари-жрецы: именно поэтому они стремятся искусственно утвердить свои полномочия, именуя себя сынами богов. Централизация власти в руках правителя, который более не является проводником сил природы и общей воли народа, а становится выразителем воли собственного "я" — это тирания, но на определенной стадии развития она служит прогрессу. Фрэзер так пишет о доминанте личности, возникающей в период кульминации солнечного архетипа:

"Если подняться к истокам истории, то разве можно назвать случайным факт, что первые большие шаги к цивилизации, например, в Египте, Вавилоне и Перу, были сделаны при тираниях. Не будет преувеличением сказать, что деспотизм в эту раннюю эпоху является другом человечности, и, как это не парадоксально, свободы. Ведь в конечном счете при самом абсолютном деспотизме, при самой мучительной тирании свободы мыслить и решать собственную судьбу больше, чем в свободной по видимости жизни дикарей, у которых личность от колыбели до могилы заключена в прокрустово ложе наследственного обычая."[6]

В первобытных обществах в роли бога нередко выступают жрецы, наделенные сверхъестественными способностями. Но фараон, правитель всего Египта, как и прочие цари объединенных земель, хотя и мыслился сыном Солнца во плоти, не был жрецом: и это говорит о том, что глава земной власти стал независим от власти небесной, как единоличный правитель — от коллективной традиции. Жизнь фараона приобрела самоценность и это поставило его выше его роли простого проводника божественной воли. Фараон становится выше своих жрецов, подобно тому, как солнечный бог Ра приобретает функции главного бога. Солнце охватывает меньший мир, чем Вселенная: меньший, чем тот, что сотворил Небесный Демиург и оформил для нашего разумного восприятия Громовержец. Но в этом мире оно становится полноправным хозяином. Так император, распоряжаясь всей земной жизнью, может забыть о далеком небе и неминуемой судьбе. Он становится независим от закона и сам берет на себя роль судьи.

Конечно, это имеет и негативные последствия. Когда царь был жрецом, он исполнял для своего народа роль милосердного бога, соответствующего ожиданиям людей: благодаря своим высоким человеческим качествам он даровал изобилие пищи и победу над всеми невзгодами или врагами,— или должен был уступить свое место более достойному[7]. Солнечный архетип, разделив функции царя и жреца, снял с царя ответственность за происходящее с его народом. Например, по свидетельству грека Агатархида Книдского (3 век до н.э.), в Куше жрецы по своим соображениям присылали вестника к царю с приказом умереть — и будучи богобоязненным, тот не смел их ослушаться. Лишь эфиопский царь Эргамен, получивший образование в Греции, уничтожил этот обычай, перебив всех жрецов главного храма. И ритуальное празднование тридцатилетия фараона в Египте, знаменовавшее восстановление мужских сил царя — и плодородия страны, сменило более древний ритуал убиения состарившегося правителя.

Понятие о ценности царской жизни ещё больше обезопасило правление, введя принцип наследования престола. Некогда царем мог быть лишь лучший: теперь право на трон достается благодаря рождению. И тем не менее солнечный правитель вынужден вернуться к юпитерианской роли отца народа: об этом говорит вавилонский кодекс царя Хаммурапи или египетское "Поучение гелеопольского царя". У людей, более не причастных к выбору царя, все же остается право быть недовольными им (и это право реализует архетип Овна, третий знак стихии огня: силой свергая с трона тех недостойных, правление которых раньше прекращали неписанные религиозные традиции охотников и земледельцев).

Юпитер — это глава, который правит в опоре на традицию (и в современном мире роль царя-жреца играет парламент: его законодательная роль делает его посредником между президентом-Солнцем и народом-Луной). Солнце как правитель опирается на материальные рычаги власти. Начальниками сегодня могут быть люди и того, и другого типа, но если человек с сильным Юпитером — это скорее директор государственного предприятия, то человек с сильным Солнцем — глава своей фирмы. Третий, марсианский тип правителя — лидер, избираемый "снизу" и отражающий прогрессивную тенденцию момента: всё его правление — это борьба за идею, что менее характерно для начальников.

Как и в истории, в современном мире солнечный тип начальников часто более прогрессивен по сравнению с юпитерианским. Ведь в мире цивилизации высокая власть традиции зачастую формальна, и исполняя её, человек может никак не проявлять своих собственных качеств. А солнечный правитель вынужден сознательно становиться покровителем для других: исполняя для них неформальную роль отца. К такой роли стремятся Львы, и это задействует их творческий потенциал. В мире, где люди опираются на своё "я", правление Солнца оказывается наиболее живым и всеобъемлющим.

 


СОЛНЕЧНЫЙ КРУГ

 

 

Солнце за сутки обходит весь мир: утром пробуждая природу от сна, днём неся свет и тепло всему живому, а ночью опускаясь под Землю, чтобы освещать потусторонний мир. Там оно ведёт борьбу с силами мрака: ведь Солнце не может не светить. Чтобы отразить этот образ всеохвата, у египтян было три Солнца: утреннее — Хепри ("возникающее"), вечернее — Атум и дневное — Ра. Имя Ра (Риа) восходит к ностратическому re`A — "дневной свет" (от того же корня грузинское rэhi — "рассвет"). Существовало также отдельное божество диска Солнца Атон, а с Ра впоследствии слился Амон, ставший всеегипетским богом.

Знак трёх Солнц встречается в памятниках Европы, Кавказа и Передней Азии. У инков Солнце считалось троичным; индийский небесный бог Варуна может изображаться трёхглазым; интересен дагестанский образ крылатого всадника с тройной головой; образы троичности находят ещё в палеолите[8]. Три образа Солнца — утреннее, дневное и вечернее — побудили людей делить на три части также и год: так, в греческой легенде бог умирающей и воскресающей растительности Адонис проводит две трети года на земле с Афродитой, а одну треть — под землёй с Прозерпиной. В Тайланде до сих пор отмечаются три времени года, согласного которым монарх в главном храме совершает церемонию переодевания статуи Будды в соответствующую сезону одежду. В Индии символом года считалось колесо, разделённое на три части. Мы знаем сегодня символ трёх солнц как эмблему Рериха.

В Египте центральный солнечный бог Ра появился позднее, чем утреннее и вечернее Солнца Хепри и Атум. Хепри, символизируя постоянство, представлялось в виде жука скарабея, который вызывал почтение людей своей неутомимой деятельностью: он постоянно катил перед собой навозный шарик. Такого же трудолюбивого созидателя жизни древние видели и в Солнце. Атум мыслился демиургом, творцом первой пары противоположностей, что проявляет солнечную характеристику целостности. Он изображался в виде человека с двойной короной на голове, что символизировало объединение верхнего и нижнего Египта под его началом: Солнце, светящее всем людям, было естественно выбрать в виде общего бога. Ра, совмещающий в себе все солнечные ипостаси, каждый день неустанно озирал Землю со своей барки, на носу которой стояла богиня справедливости и порядка Маат, помогавшая ему обустраивать это бытиё. Ночью он плыл по подземному миру, где сражался со змеем Апопом, символизировавшим собою тьму, и светил умершим.

Четвёртый египетский бог Солнца, Атон/Йати (в переводе, "видимое солнце"), олицетворял собой солнечный диск и мыслился физическим телом Хепри, Ра и Атума. Некоторое время в Египте даже существовал культ Атона-Ра как единственного царя Вселенной, который иногда считают предпосылкой нереализовавшегося монотеизма, что показывает, насколько всеобъемлющим может быть понятие Солнца вообще. Астероид Aten выражает идею бога, присутствующего в каждом объекте (материальное отражение источника жизни в каждом её явлении).

В образ Атона фараон, назвавший себя Эхнатоном (Ах-на-Йати — "угодным Атону"), вопреки традиции жрецов, хотел вложить понятие вездесущности. Однако героическая попытка Эхнатона ввести в стране единобожие не увенчалась успехом, и не только из-за происков консервативных жрецов.

Солнце ещё не может олицетворять единого бога, хотя и символизирует фараона: в самом его образе, обращенном к объектам внешнего мира, присутствует множественность,— которую лучше всего проявляют сопутствующие ему вечерняя и утренняя зори. На рассматриваемой стадии развития сознания всеохват мира, который описывает светило, не умещается в единой персонификации — и, значит, предпосылки для монотеизма ещё не созрели. Как отдельный материальный предмет, Солнце далеко от божественного — небесного понятия единства.

Лев соответствует времени созревания плодов, когда солнечная энергия во всю силу являет себя на Земле, подчеркивая красоту и важность каждого объекта. Солнце — это огонь для материи, для земли, в отличие от чистой стихии огня громовержца или идеалистически-воздушной функции огня Кузнеца; и знак Льва можно трактовать через эти две стихии: огонь и землю, являющиеся в силу своей прерывности оплотом материализма. Атон воплощал собой природную, пантеистическую вездесущность солнечной энергии, растворённой в предметах мира. И поэтому солнечный диск утратил непривычное его образу понятие сразу же после смерти Эхнатона.

Это является иллюстрацией того, что человек не может наделять богов чертами, какими ему вздумается (и то же касается астрологических образов планет, подчиненных закономерной логике мироустройства). К монотеизму мифология приходит в конце своего развития: единственность — понятие мифологемы Марса. Но сама попытка фараона обогнать естественный ход истории говорит о том, что человек на этой стадии воистину творит реальность во всех сферах, разумом прокладывая пути её развития.

В память о фараоне-реформаторе названы два астероида: Эхнатон и Аменхотеп, последний по его первоначальному имени (Аман-хапи — "Амон доволен").

 

Атон — вероятно, самый древний египетский солнечный бог. С образами колеса и колесницы, отражающими первоначальную слишком бытовую роль светила, связаны наиболее архаические боги Солнца, бывшие второстепенными божествами. Потом, когда человек отождествляет свою самостоятельность с мощью Солнца, появляются главные солярные боги, а прежние ипостаси светила остаются вторичными божествами, воплощающими солнечный диск как физический небесный объект, или становятся возничими главного Солнца.

Образ Солнца-колеса остался одним из универсальных символов человечества. Поскольку Солнце уходило под землю с одной стороны, а возвращалось с другой, люди понимали, что оно описывает круг. Поэтому им казалось, что оно катится по небу, и само слово "закат" предполагает, что Солнце "катилось" по небу и "закатилось" за горизонт. Солнце называется колесом в "Ригведе" и "Эдде", в русском и литовском фольклоре. В бронзовом веке находят культовые предметы в виде колёс, которые можно считать символами светила.

Подобно Солнцу на восходе и закате, колесо одним краем касается земли, а другим — неба, и потому выступает как символ всеохвата, связи верхнего и нижнего. Поскольку колесо не имеет начала и конца и касается и воздуха, и земли, оно, как и Солнце, символизирует собой цельность и полноту охвата реальности. Отражая эти смыслы, мы говорим: "круг жизни", "колесо истории". Правда, подобно тому, как Солнце уходит под землю, в этой полноте есть тёмные и светлые стороны: и это отражают поздние образы колеса фортуны и колеса сансары, ведущие начало от постоянного круговорота светила. Круг жизни человека подобен циклическому восходу и заходу Солнца. У него есть свои зениты — и тогда мир освещается ярким светом жизни: это и есть вершина колеса фортуны. И есть свои закаты — когда мир меркнет и предстает сансарой.

Образ колеса, созданного руками кузнеца, в какой-то мере сохраняет магический смысл кузнечного ремесла: так, главным оружием Индры, которым он убивает Вритру, является диск ваджра ("алмазный") — колесо от повозки солнечного бога Сурьи. Само слово "солнце" и имена солнечных богинь: индийского Сурии, балтийской Саулес, германских Сунны и Соль — ведёт начало от индоевропейского слова круг ("хоро/коло/соло"). Того же корня название горючей серы алхимиков — "сульфур" ("несущая солнце"). Эти имена светила родственны словам "колесо" и "цикл" (греч. cyclos, инд. чакра), столь часто упоминаемым в данной теме. А индоевроп. обозначение гончарного круга "kekla" говорит о том, что и гончарное ремесло сыграло свою роль в изобретении и обожествлении колеса.

Значение колеса мы находим в имени скифского бога Солнца Колоксая ("круг-царь"), отсюда же название праславян "сколоты" ("объединенные в круг"). У славян, кроме Солнца-Дажьбога, существовал бог солнечного диска Хорс, от скифского имени которого происходит слово "хорошо", поскольку Солнце, дающее тепло и жизнь растениям, устойчиво ассоциируется с благом. В виде колеса изображался армянский бог Солнца Арэв, предстающий также в виде юноши с золотыми волосами, который мчится по небу, сидя верхом на льве. Слово "арэв" ("солнце") у армян в переносном смысле означает "жизнь". Богами крылатого солнечного диска, летящего по небу, были хурритский Шимиге, выступающий в роли судьи над людьми; урартский Шивини (от корня siv — "свет"); семитские Малакбел ("посланец Балу"), летящий по небу на колеснице, запряженной грифонами, и гонец Солнца-Шамаша Ярихбол.

Крылатый диск был эмблемой аккадского Ашшура (имя от хеттского hasshu — "царь"), ставшего центральным божеством ассирийского пантеона в связи с усилением власти города Ашшура/Ассира, которому он покровительствовал. По вибрации имени Ашшур близок индийским асурам и германским асам, и это звучание изначально воплощает собой неиссякаемый потенциал жизненной энергии — что как нельзя более естественно для солярного божества. В этом образе мы видим частичный переход функций главы пантеона к богу Солнца: Ашшур, как символ царской власти, подобен Мардуку и иногда может заменять его; атрибутом его является лук — прежний символ молнии и богов юпитерианской мифологемы. Заострённые лучи Солнца тоже ассоциируются со стрелами: главным образом тогда, когда светило мыслится опасным и соотносится с засухой. Так, у чеченцев есть легенда о солнечном колесе, которое разрушало всё на своём пути. Само слово "стрела" происходит от индоевропейского корня strei — "луч" .

В обрядах светило символизировало не только огненное колесо, но и огненный мяч, который имел ещё более совершенную круглую форму и лучше катился по земле: так в Индонезии сохранилась игра с горящим мячом. В мяч играли и американские индейцы: изначально игры носили ритуальный характер, и дело кончалось принесением в жертву проигравших. Современные всеми любимые футбол, волейбол и баскетбол — и азарт американского регби — ведут своё начало от бессознательной памяти о героике ритуалов, связанных с Солнцем.

Впоследствии, когда Солнце становится полноправным богом, его видимая круглая форма может мыслиться как некоторая ущербность по отношению к другим богам. Так, индийский колесничий Солнца Аруна ("красноватый"), воплощающий утреннее Солнце и рассвет, представляется уродцем, родившимся из яйца недоразвившимся. Образ Солнца как колеса и связанную с ним символику всеохвата обозначает астероид Aruna, названный в честь солнечного диска: круг которого лучше всего виден на восходе и закате. А про солнечного бога Вивасвата ("сияющий") говорится, что он родился без рук и ног, или что его старшие братья, Варуна и Митра, отсекли их, и потом он стал Солнцем. Вивасват может выступать и в облике коня. Подобно супругам культурных богов, его жена — Санджня, имя которой переводится как "тень", бросает Вивасвата и убегает от него в образе кобылицы. Так Дафна убегает от солярного бога Аполлона (или тень — от солнца). Вивасват, обернувшись конём, настигает её, и от этого лошадиного союза рождается пара близнецов-Ашвинов, двух коней или колесничих Солнца-Сурьи, олицетворяющих утреннюю и вечернюю зарю.

Тем не менее конь-Вивасват выступает творцом мира, и это возвращает нас к правителям, которые называли себя сынами Солнца: живым воплощениям культурной цивилизации, опирающимся на свои самобытные, а не жреческие традиционные потоки энергии (можно вспомнить период правления Эхнатона — как пример светской власти, уходящей из под контроля прежней духовной традиции.

 


КОНИ И КОЛЕСНИЦА. ПОСТОЯНСТВО КРУГОВОРОТА

 

Кони и колесница становятся такими же бесспорными символами Солнца, как и колесо. Мы видели коней у Индры и Тора, Перуна и других индоевропейских громовержцев с корнем perqun. Приручение лошади датируется 4 тысячелетием до н.э.: оно заметно предшествовало изобретению колеса. Поэтому в мифах громовержцы успели сесть на коней ещё до того, как солярное божество приобрело небесную власть. А солнечные боги прямо сразу взошли на колесницу. Тем не менее они сразу присвоили себе всё, связанное с образом лошади. Дав человеку свободу передвижения, лошадь стала символом его самостоятельной позиции, независимости от природных законов и общественных ограничений, символом опоры на себя самого, которую выражает солнечный архетип.

Ездовая птица Вишну — орёл Гаруда со сверкающим золотым оперением — отождествилась с солнечным конём Таркшьей. В Древней Греции, Междуречьи, Китае и у балтийских народов солнечной колесницей начал мыслиться самый заметный рисунок небесных звёзд — созвездие Большой Медведицы. В древней Иудее и на острове Родос Солнцу посвящали колесницы с конями, и у многих народов — в Персии, Греции, Европе, Татарии — светилу приносили в жертву лошадей, что Геродот объясняет так: "Быстрейшему из богов посвящают быстрейшее животное"[9]. Древнейшие изображения столь популярных в Китае драконов, летающих по воздуху и потому неуловимых и обладающих магической властью, очень похожи на лошадей. В Европе и Азии существовали поверья, что лошадь обладает даром всевидения, характерным для солнечного божества (эти поверья отразились во многих сказках, где конь выступает как помощник человека,— можно вспомнить "Конька-горбунка"). Для кельтов лошадь была символом солнцестояний.

Бог Солнца часто сам правит лошадьми, что становится распространенным сюжетом индоевропейских мифов. Славянский Дажьбог/Дабог изображался в образе Солнца-всадника, скачущего на коне. Лучи индийского Сурьи ("солнце") уподобляются семи кобылицам, везущим его колесницу. Балтийский бог или богиня Солнца Сауле разъезжает по небу в колеснице со сверкающими медными колесами, запряженной огненными конями, не ведающими усталости. В китайской мифологии мать солнц Си-хэ по очереди вывозит их на Небо в повозке, запряженной конями. В колеснице ездит индийский золоторукий бог Савитар. Пробуждая к жизни каждое движущееся существо, он успокаивает мир по ночам, а утром снова приводит в действие.

В индоевропейской графической символике на повозках и лодках нередко изображался знак колеса, что соответствовало древним представлениям о том, что днем светило ездит по земле на колеснице, а ночью плывёт по морю на ладье. Греческий ослепительный Гелиос ("светящий") проделывает дневной путь на золотой колеснице, запряжённой четверкой огненных коней, ночью меняя её на золотую чашу, в которой он переплывает море. Хеттский бог Солнца "лучезарный" Эстан/Истанус правит такой же упряжкой.

Движение светила по небу также родило образ крылатого коня: кроме известного нам греческого Пегаса — нынешнего покровителя поэзии, такой образ распространен в Дагестане и у других северокавказских народов, в иранских сказаниях и русском народном искусстве.

Из солнечных коней наиболее интересен образ индийского Дадхикры, проявляющий все главные функции светила. Он принадлежит всем племенам и сплачивает их; он героически сражается и побеждает в бою; он приносит людям Солнце и пищу, поскольку Солнце растит урожай. Подобно другим коням, предшествующим колеснице светила, Дадхикра связан с зарёй. Природная красота и сила восхода отразилась в образе великолепного скакуна:

"Когда ты заржал впервые, рождаясь,
Вздымаясь из океана или из первородного источника,—
Крылья сокола, передние ноги антилопы —
Достойным хвалы было твоё рожденье, о скакун...
Из Солнца вытесали вы коня, о боги." 
                                      (РВ I,163:1,2)

Дадхикра быстр, как птица, и сравнивается с гусем и лебедем, подобно некоторым другим солнечным персонажам. Это связано отчасти с тем, что погружаясь в воды моря, Солнце уподоблялось водоплавающей птице,— а также с тем, что перелёт птиц совпадал с осенним уходом и весенним возвращением солнечного тепла. Прекрасный образ лебедя соотносился с годовым круговоротом светила, как образ коня — с дневным путешествием Солнца по небу. Сказочный образ гусей-лебедей тоже намекает на природный круговорот, исполнителем которого вслед за умирающими и воскресающими богами становится Солнце. Похищение брата Иванушки стаей гусей в русской сказке, как и исчезновение любимого супруга/супруги в образе лебедя в индийском или германском фольклоре — символический намёк на неумолимый закон Времени-Судьбы, который лежит в основе солнцеворота. Герои сказок исчезает, как уходит за горизонт Солнце, подобное летящей по небу птице. И, подобно ему, они должны вернуться, сколь бы ни сложно было их разыскать в мире ином их любимым.

 

Переходы рождения и угасания Солнца живописуют утренняя и вечерняя зори, образ которых светило принимает попеременно. Двойственность Солнца, одновременно совмещающего в себе два мира разной гармонии, небесный и земной свет, дневной и ночной, рождает представление о небесных близнецах. Диоскуры ("сыновья неба") — сыновья Зевса, рождённые из одного яйца, попеременно всходят на небе в виде вечерней и утренней звезд, связанных с двумя зорями. Они были кардинально противопоставлены друг другу как смертный и бессмертный, но один из них уделил другому часть своего бессмертия, и потому они гармонично сменяют друг друга на небе и под землей. Подобно этому, в астрологии Солнце играет смягчающую роль, совмещая в самой жизни те противоположности, которые разделяет логика. Так же действует и Лев, что делает из него покровителя слабому в той жизненной ситуации, где равновесие нарушается. Связь с Солнцем сделала Диоскуров покровителями коней.

Подобны Диоскурам близнецы Ашвины ("рожденные от коня"), имя которых родственно индоевропейскому ekwos и латинскому equus ("лошадь"), нашему слову "конь" и кельтской богине лошадей Эпоне (от которой, в свою очередь, происходит название "пони"). В образе коней Ашвины олицетворяют предрассветные и вечерние сумерки. Они объезжают за день Вселенную, прогоняют тьму и часто выступают помощниками, спасая кого-нибудь из беды; приносят дары, пищу, победу, счастье, детей и даруют долгую жизнь. Как объединители, Ашвины принимают участие в свадебных ритуалах. Ещё одни индийский белый солнечный конь — Уччайхшварас: изначально он принадлежит Индре, но в "Рамаяне" уже фигурирует как конь солнца-Сурьи.

Богом лошадей является балтийский родственник Ашвинов Усиньш, сын бога Неба Диеваса, олицетворявший Солнце и зори, мчащиеся по небу на конях. У Усиньша два сына (две зари), и ему приносились парные жертвы, что напоминает о том, что сначала существовала пара Усиньшей, так же, как и Ашвинов. К тем и другим относят танец, изображавший движение Солнца по небосклону. Каждую весну Усиньш возрождается, подобно другому родственному ему божеству: славянскому Авсеню/Усеню, также связанному с весенним началом солнечного цикла и плодородием. С образом зари связан и индийский конь солнечного бога Сурьи Эташа ("пёстрый").

Традиционное представление о двух зорях, везущих колесницу Солнца, нашло воплощение и в двух германских конях: Хорсе и Хенгерсте. Корень имени Хорсы, в германских языках обозначающий лошадь, ассоциируется с именем славянского бога солнечного диска (Хорс) и, возможно, тоже изначально родственен слову "колесо".

 

ВСЕОХВАТ МИРА

 

Солнце видилось древним не только конём: оно могло предстать практически в любом животном образе. Оно парило в высоком небе как орёл, растопыривало лучи-перья как индюк (Курикавери у племени индейцев-тарасков), кололо глаза как ёж (индийский Сурья), садилось в море как утка (славянская мифология), было светлым и круглым как вепрь (балтийская мифология), ярким как колибри (Уицилопочтли ацтеков), яростным как волк (Аполлон) и прекрасным как лебедь (Дадхикра). Зооморфные образы, в которых предстаёт перед нами Солнце — наследие мифологемы Девы, вписавшей наших меньших братьев в единый миропорядок земной природы. Солнце продолжает описание зверей как помощников людей, заменяя фантастические образы полуживотных-полубогов реальными. Так, в индийской мифологии слон — помощник человека, символ всего большого, доброго и хорошего — мыслится возникшим из отрубленных частей круглого тела Вивасвата.

Наиболее откровенно золотые лучи Солнца ассоциировались с жёлтой гривой льва, который через эту ассоциацию стал эклиптическим созвездием. В древнем Египте в созвездии Льва находилась точка летнего солнцестояния. В это время воцарялась сильная жара, начиналось таяние снегов в горах, откуда тек Нил, и происходили разливы великой реки. Поэтому затворы шлюзов, направлявших воды реки по каналам на поля, делали в виде львиной головы. Об этом сегодня напоминают фонтаны, где поток вырывается из пасти льва (например, центральный фонтан Петродворца). Матерью Солнца в Египте считалась львица Менкерот: львица поднимает светило на небо и сопровождает туда же умерших.

Символ солнечной матери-львицы дал начало образу сфинкса, владеющего загадкой жизни и смерти. В теософии есть гипотеза, что сфинкс — слияние двух зодиакальных символов Льва и Девы: разлив Нила, дающего жизнь злакам и несущего смерть неосторожным животным, оказавшимся в зоне вод, мог захватывать и календарный период следующего знака Девы, связанного с земледелием, и поэтому был изобретен общий символ для этого времени года. Мы не знаем, правда ли это,— но несомненно, что тайной жизни и смерти владеет Солнце.

Сегодня всем известно, что идущий под солнечными лучами процесс фотосинтеза рождает кислород. Им дышат животные, и это приводит к их активному образу действия — который мы обычно и называем жизнью в быту. Нашу душу страшит недвижный образ существования, который ведет растение, для неё это настолько же не жизнь, как возникновение и распад кристаллической решетки камней. Солнце непосредственно отвечает за физическую активность человека, которая привела к активности ищущего разума и широте духовных запросов. Но даже если мы распространим понятие жизни на всю органическую и неорганическую природу: ибо разум как память и воспроизводство своих форм присущ и неживой материи,— всё равно определяющим фактором появления и исчезновения этих форм будет Солнце: а именно солнечная активность, которая играет основополагающую роль в жизненном процессе Земли.

Древние египтяне не знали этого. Но они видели, что необъяснимое в своем поведении солнце-сфинкс жаркими лучами сушит почву — и оно же одновременно посылает на землю воды Нила. И хотя у египтян не было доказательств последнего, но из года в год повторяющаяся связь губительного солнечного жара и разлива живительных вод великой реки была для них очевидной. И вот, лежащая на поверхности аналогия в очередной раз отразила суть физического явления. Есть астероид Сфинкс, который обозначает внешний символизм, хранящий скрытое знание. Его положение в гороскопе, вероятно, будет показательным для всех, кого трогает тематика данной книги.

Название льва у нас и в Европе происходит от имени аккадского чудовищного льва Лаббу, нарисованного на небе владыкой-ветром Энлилем, богом стихийной уранической мифологемы, которой свойственно создавать чудовищные образы. Как всё творимое мыслью, лев оживает, и боги устроенного бытия выдвигают на борьбу с ним бога бури Тишпака. В Лаббу легко узнаётся Солнце — и Тишпак, как бог юпитерианской мифологемы, одерживает победу над силами стихии, дождём смягчая ярость светила.

Образ льва ассоциируется с силой и страстью, а также, через образ светила, с постоянством и умом; традиция связывает его с благородством и величием земных царей и храбростью героев. С этим образом связана одна из четырёх сторон света. В Европе лев стал символом стихии огня; в Китае он олицетворял один из четырёх видов власти; а в христианстве с ним ассоциируется создатель одного из четырёх канонических Евангелий Марк, чьим символом был лев. Подобно этому, Солнце выражает лишь одну из четырёх граней бытия, но полностью видимую, что и формирует его образ царя земной природы.

Ещё одним символом Солнца является петух, как олицетворение огня, пробуждения и бодрствования: он иногда противопоставлен льву и побеждает его, и в большей степени связан с мифологемой Марса.

Солнечный архетип, вновь делая животных (а также и растения) вспомогательными богами и ипостасями богов, формирует пантеистическое восприятие мира, которое соответствует обожествлению Солнца как разумного центра земной природы. Это мировосприятие предполагает внимание к каждому объекту, его соотнесенность с божественным и его ценность: его бессмертность постольку, поскольку он уже существует. Подобно этому, знак Льва обладает пиететом ко всему, что доказало своё право быть, и не пренебрегает разными гранями бытия, хорошо ориентируясь в материи и не считая её ниже духа. Своей энергией Солнце даёт нам возможность ощутить, что в самом человеке достаточно духовной силы, чтобы наполнить ею всю материю.

Именно за счет этой способности человека к одушевлению окружающего мира смогли возникнуть символы и мифы. Мифолог Тэйлор говорит об этом: "Главная причина превращения фактов ежедневного опыта в миф есть вера в одушевленность всей природы — которая достигает высшей точки в её олицетворении. Это неслучайное действие человеческого ума неразрывно связано с тем первобытным умственным состоянием, когда человек в мельчайших подробностях окружающего мира видит проявления личной жизни и воли... Для примитивных человеческих племен солнце и звезды, деревья и реки становятся личными одушевленными существами, которые живут наподобие людей и животных."[10] И сегодня одушевленность, которую хранят символы и мифы, даёт нам возможность ощутить целостность жизни: единство живой и неживой природы — бытия и сознания.

 

Образ коня и колесницы ещё раз подтверждает идею всеохвата мира, которую проявляет африканская пословица: "Солнце не забудет ни одной деревни". В "Упанишадах" Космос предстает как тело коня. В мифологии многих народов с образом Солнца, солнечного коня и колесницы связаны числа восемь, девять и десять. Латышский Усиньш едет по небу на девяти конях, и число девять фигурирует в мифе о литовском Совие: оно соответствует девяти месяцам, когда Солнце светит ярко. Конь, ассоциирующийся с Солнцем, может быть восьминогим, как скакун вольного царя Огненного Щита из русской сказки, дарующего слепым прозрение, или скандинавский Слейпнир, возящий на себе Одина. В бытовой резьбе по дереву и вышивках небесное светило символизируется восемью лучами — в отличие от громового знака бога грозы, имеющего шесть лучей[11]. В китайской мифологии у небесной богини Си-Хэ десять детей-солнц: в каждый сезон года Солнце мыслится разным.

Числа восемь, девять и десять прямо связаны и с образом колеса времени-Зодиака: выражая идею всеохвата, они соответствуют числу выделяемых человеком изначально сезонов года, которое не всегда равнялось двенадцати. Так, в работе Х.Кинтала "Теократическое правление Мохенджо-Даро" приводится протоиндийский 8-членный Зодиак, датируемый третьим тысячелетием до н.э. (Edu-Овен, Yal-Лира, Nand-Рак, Amma-Мать, Tuk-Весы, Kani-Стрела, Kuda-Кувшин, Min-Рыбы). Есть сведения о том, что в Египте первоначально было 10 созвездий (на иероглифе созвездия Девы рисуется Анубис, который правит Весами и вершит подземный суд, исполняя роль знака Скорпиона — и эти три созвездия составляли один знак).

Числа восемь, девять и десять — сравнительно новые для мифологии, которая опиралась прежде на числа три, четыре и семь. Возникшее позднее первых чисел, само слово "девять" в европейских языках связано с корнем "новый"; а в мифологии большие цифры первоначально означают просто множественность и охват мира, который символизирует Солнце. Идею всеохвата выражает девятка богов египетской эннеады, 99 небесных духов у монгол и бурят, представления о девяти или более небесах, двенадцати ветвях древа жизни, которые мы впоследствии находим в христианстве, и т.д.

Эту идею символизирует и крест: если прищурить глаза, лучи светила будут похожи на него. Крест — один из самых частых символов раннеземледельческих культур Передней Азии и Европы. Первоначально четыре луча обозначают земной огонь, добытый трением: при помощи вращения крестообразной установки, к которой обычно возводят образ свастики. Свастика, как и крест, становится солнечным символом (например, в Индии) и воплощает также идею четырёх времен года, фиксируя поворот каждой солнечной фазы: так у ацтеков свастика в круге обозначала год, а крест в круге — день. Значение свастики, находимой в Малой Азии уже 7-6 тыс. до н.э. и в неолите встречающейся в Иране, Индии, Европе, на Крите, возрастает в эпоху бронзы: она распространяется на Кавказ,  Западную Сибирь, Среднюю Азию[12]. Юпитерианское значение широты 4-х сторон света, связанное с образом креста, дополняет семантика доброты и щедрости светила — отчего древняя свастика стала символом счастья (не только в Индии, но древней Греции и других местах).

Восемь, десять, а впоследствии двенадцать знаков Зодиака раскрывают понятие всеохвата, которое воплощает собой Солнце в земной конкретике человеческого бытия. Число три охватывает деление мира по вертикали: земной, подземный и небесный миры — настоящее, прошлое и будущее. В вертикальном охвате мира — символический смысл трёх Солнц Египта, описывающих утреннее, дневное и вечернее светило как разных богов с разными функциями. Функция всеохвата проявлена у индийского широкорукого Савитара, который олицетворяет и восходящее, и заходящее светило и приводит в движение три неба и три земли. За день обозревая весь мир, он соединяет в своём образе Небо, Землю и Преисподнюю. Число 12, подобно Солнцу, охватывает 3 вертикальных измерения мира и горизонтальный крест 4-х сторон света. Делая центром каждый свой компонент, оно описывает всё многообразие мира.

 

ТВОРЧЕСКАЯ ЭНЕРГИЯ И ДОБРОТА СВЕТИЛА

 

Главное определение Солнца как живого, дарующего жизнь и охватывающего собой её всю, Савитара -- "порождающий" (от и.е. sev -- "производить, рождать"). Или гимн Атону, запечатленным на одной из плит гробницы Аменхотепа/Эхнатона:

"Ты сияешь на небосклоне неба, живой солнечный диск, положивший начало жизни!... Твои лучи объемлют страны вплоть до предела того, что ты создал!...

Обе Земли торжествуют. Просыпаются и встают на ноги люди из-за тебя... Весь скот вкушает свои травы. Деревья и трава зеленеют. Птицы вылетают из своих гнезд, и их крылья славят твою живую душу (ка). Прыгают животные. Всё, что летает и порхает, оживает, когда ты восходишь для них.

Дающий женщинам зачать, производящий семя в мужчинах! Дающий жить ребенку во чреве матери, успокаивающий его, чтобы он не плакал, как кормилица в утробе! А когда ребенок рождается, дающий дыхание, чтобы сохранить живым то, что ты создал! Ты отверзаешь полностью его уста и даешь ему все, что нужно.

Когда птенец в яйце, ты уже даешь ему дыхание, чтобы он сохранить жизнь. Ты устанавливаешь время, когда он выходит из яйца... О как многочисленно то, что ты делаешь, и то, что скрыто, единственный бог, кроме которого нет другого!...

Лучи твои кормят каждую пашню. Когда ты восходишь, они оживают и растут из-за тебя...

Создал ты небо далекое, чтобы восходить на нем и смотреть на все созданное тобой. Ты создаешь миллионы проявлений из себя одного..."[13]

Сколь бы ни критично мы мыслили сегодня, но вынуждены будем согласиться с древними египтянами (учитывая хотя бы связь Солнца и процесса дыхания). И в мифах, в отличие от других богов, входящих в божественный пантеон, Солнце обычно не порождено громовержцем, но связывается с изначальным источником существования: так, рождение Атума или Гелиоса соотносится с первозданным океаном. Это подтверждают и природные образы: утром светило поднимается из моря и исчезает в нём вечером. Индийского Сурью боги поместили на небо после того, как он был скрыт в океане. Первозданные космические воды дали Солнцу, исполняющему законы Вселенной и воплощающему их собой, неисчерпаемую жизненную энергию. В солнечном архетипе невидимая сила жизни явила себя материально, и потому наделила своей вечностью всю видимую реальность.

Ведя отсчёт своего бытия от космических вод, светило представляется самым древним источником всего существующего на Земле и центром Вселенной. А потому оно становится само себе законом и может определять судьбу всего живущего. Если с судьбой связан образ нити времени — то колесо Солнца предстаёт в виде прялки, вокруг которой вращается нить судьбы. Подобно сатурнианским богами судьбы, Солнце, освещающее земную жизнь, часто мыслится безошибочным судьёй, как Шимиге или Шамаш.

Имя Шамаша восходит к ностратическому mAz'A — "солнце, светлый" (от того же корня грузинское mze — "солнце"). Всеохват и главенствующая роль светила проявляется в том, что дети Шамаша — главные боги нового мира, символизирующие собой времена года: Мардук — весну, Нинниб — лето, Набу — осень и Нергал — зиму. Но в переводе Шамаш означает "слуга", что указывает на роль Солнца как послушного исполнителя космического закона. Шамаш выступает как покровитель законодательства, в Вавилоне говорили: "О Шамаш, справедливость подымает голову!". Шумерский текcт гласит: "Сияет Солнце справедливость, бог Солнца попирает ногами несправедливость."

Гимны Ригведы говорят о светиле: "Восходит великое око Варуны и Митры, любимое, безошибочное." Греки тоже называли Гелиоса безгрешным, несмотря на его яростный нрав и устрашающий облик. Ослепительный Гелиос с горящими глазами видит все беззакония и карает преступников слепотой. Судьёй выступает и греческий Аполлон (по одной из трактовок имени —"губитель"), поразивший лучами-стрелами сыновей Ниобы, слишком гордившейся своими детьми. Египетский Атум-Ра предстаёт в скорпионовском облике змея и замещает Нуна в суде богов над людьми, угрожая погрузить весь мир в первозданный Хаос. Он насылает на человеческий род за грехи ужасную львицу Сехмет, называемую его оком и также олицетворяющую собой светило. Индийский Вишну, чтобы наказать неправедного царя, также превращается во льва Нарасинху — самое грозное из своих воплощений.

Но суд Солнца иной, чем суд громовержца: светило не является законодателем — оно лишь безупречно исполняет космический закон и судит других с позиции их соответствия настоящему моменту. На данный момент оно даёт нам энергии столько, сколько необходимо с точки зрения общей гармонии. Поэтому можно сказать, что суд солнечного бога справедлив не вообще, а лишь в конкретном случае. И поскольку Солнце предполагает оценку жизни с высоты собственного опыта, эта оценка очень зависит от личных качеств судьи. Так, Аполлон карает Ниобу за порок гордости, который свойственен самому солнечному архетипу (это качество может символизировать астероид Ниоба). Подобно этому, знак Льва опирается на себя и сам вершит свою судьбу, но склонен зацикливаться на себе, не видя правды более широкой позиции. Лев часто не замечает, как навязывает бытию свою позицию, становясь тираном по отношению к себе и другим. Это происходит потому, что субъективная истина внутреннего огня не всегда совпадает с объективной правотой окружающей жизни.

Солнце излучает свет, но оно же — причина тени. Светило проявляет двойственность реалий мира: божественную красоту и силу огня самого по себе и его разрушительность в столкновении с земной материей. Поэтому в более древние времена Солнце мыслится причиной засухи и пожара, что связано с его ролью судьи и губителя (что подтверждает силу Плутона в знаке Льва, который является местом экзальтации разрушительной планеты). Китайский стрелок И вынужден сбить с неба лишние девять Солнц, чтобы жара длилась лишь один, а не десять сезонов года. Здесь Солнце выступает причиной засухи, подобно Змею, а стрелок И играет роль Стрельца-громовержца. Но когда роль Солнца, как источника жизненной энергии становится явной, с его образом человек ассоциирует только всё самое хорошее. Всё в жизни предстаёт благом, когда мы начинаем понимать его конкретную роль и его особую ценность. Так умеет видеть мир знак Льва, и это обуславливает его великодушие и снисходительность к недостаткам.

 

Солнечным богам, несущим миру свет и тепло своими руками-лучами, обычно присуща доброта и щедрость. В этом они подобны громовержцу, и даже превосходят его: ведь Солнце дарит от избытка. Роль дарителя подчёркнута в имени славянского "подателя благ" Дажьбога. У африканского племени кондов бог света и солнца Белла-Пенну является олицетворением добра. Бразильские племена ботокуды и пуэльчи также приписывают Солнцу всё самое доброе и обращаются к нему с важнейшими просьбами. Индийский бог Солнца Савитар дарует богатство, счастье и долгую жизнь, и в этом его основная функция:

"К тебе, о бог Савитар, владыка всего желанного,
Мы идём за долей, о ты, дающий!..
Ни твоей власти, ни силы, ни ярости
Никогда не достигали ни летящие птицы,
Ни воды, непрерывно движущиеся,
Ни неистовые ветры.
                                                               (РВ,I,24:3,6)

 

Савитар называется "широкоруким", и образ дающих рук присутствует также у египетского солнечного диска Атона, на концах лучей которого изображались руки, держащие ключ жизни. Про египетского Амона пишется: "ты один обладаешь множеством рук, ты простираешь их к любящим тебя"; он предстает заступником и судьёй, помогающим нуждающимся. При этом, архетипически всякий дар идёт от сердца: как источника доброты и щедрости, ассоциируемого с Солнцем. Африканская пословица говорит: "Сердце дарит, а руки только отдают".

Всегда благожелателен к людям шумерский бог Солнца Уту. В русском языке слово "солнце" имеет уменьшительно-ласкательный суффикс: солнце значит "солнышко", что подтверждает радостно-позитивное отношение к светилу. Родственно ему слово "соль", и шестилепестковый цветок на солонках символизировал светило, а русское "хлеб да соль" (земля + солнце) выражало пожелание плодородия.

Солнце-Курикавери ("большой огонь") — самый щедрый и могущественный бог индейцев тарасков, предоставивший людям всё необходимое для существования и сверх того, в жертву которому приносили плоды, цветы и золотые изделия. Представление о богатстве, которое дарует людям Солнце, подтверждает ассоциацию золотого блеска солнечных лучей с золотом — общепризнанной нетленной ценностью Земли. Греческий Гелиос носит шлем из золота. Славянский Дажьбог выступает божеством золота и серебра. Это традиционное представление подхватывает и алхимия, называющая солнечным свет "астральным золотом", видя в нем материальную субстанцию солнечных частиц. Связь Солнца с золотом и другими металлами (а также драгоценными камнями, из которых построен дворец Гелиоса) наследуется из архетипа божественного Кузнеца, созидающего основы культурной цивилизации, которой правит знак Льва. Роскошь цивилизации, созданная человеческими руками, привлекает знак Льва, и золото, драгоценности и просто деньги, как сконцентрированная энергия, часто входят в сферу его непосредственных интересов.

В мифах Солнце обычно не нуждается в том, чтобы быть карателем: мощь его энергии естественным образом исправляет зло. Савитар, щедро распределяя дары между людьми, забирает от них грехи и изгоняет болезни, подобно также Сурье и близнецам-Ашвинам, выступающим целителями. Ашвины и Сурья лечат мёдом, вбирающим в себя солнечную энергию растений; с мёдом и целительством связаны и другие солнечные боги. Покровители врачей — египетская львица Сехмет, Аполлон и Гелиос, растящие травы. Сыном Аполлона был Асклепий, воскрешавший людей; дочерью же Гелиоса была волшебница Цирцея, а внучкой Медея, умевшие готовить из трав магические напитки, которые, правда, можно было использовать и во зло.

Мёд, через ассоциацию с желтым цветом Солнца и трудолюбивыми пчёлами, объединяющими усилия в создании идеального порядка своего улья, мыслится универсальным лечебным средством, служащим лишь во благо; поэтому медовым часто оказывается целебный напиток бессмертия (индийская амрита). "Пчелиным богом" называется бог солнечных зорь Усиньш. Хлеб с мёдом был символом верховного ацтекского божества Уицилопочтли ("колибри"), олицетворявшего Солнце.

 

В пантеистическом знаке Льва мифология смыкается с жизнью: природная роль Солнца для человека становится очевидной. Солнечная энергия действительно лечит людей и даёт жизненную силу — которая приносит человеку все остальные блага, согласно русской пословице: "Хлеб — всему голова". Календарное время Льва — время урожая, и само название августа восходит к тому же и.е. корню aug/woks со значением "расти", что и наше слово "овощ". Созревшие плоды материализуют для нас теплоту и энергию светила.

Этой энергией более всех наделён солнечный знак Льва, распространяющий на других её ореол, передавая им свою уверенность в себе — способность найти в себе неисчерпаемый источник силы, который является основой здорового бытия в целом. То, на что способна львовская энергия, показывает, например, целительское искусство Кашпировского (Льва по гороскопу). И для солнечной героической эпохи оказывается крайне важным целительство, как и поддержание общего порядка жизни. Солнце позволяет сохранить тот материальный уровень Девы, который закладывает фундамент будущей эволюции. Человек не может быть героем, когда он голоден и немощен. Как говорит дагестанская пословица, "нищему подвиг совершить трудно". Поэтому тот бог, который помогает сильным, обеспечивает слабых и лечит больных — своей энергией даруя бессмертие, о котором задумалась мифологема божественного Кузнеца.

Исчезая и появляясь на небе и давая жизнь растениям, Солнце совмещает в себе функции умирающих и возрождающихся богов — Цереры и Прозерпины. Поэтому оно тоже выступает в роли покровителя земледелия, дающего людям пищу. Солнце символизировал круглый каравай хлеба. Земному плодородию покровительствовали египетские боги Солнца и семитский Баал-Хаммон ("господин жара"). Японская богиня Солнца Аматэрасу ("светящая в небе") сама ухаживала за рисовыми полями. Китайский бог Солнца Янь-ди ("бог пламени") первым посадил в землю зерна девяти колосьев, которые некогда принесла красная птица, другая его ипостась, в которой можно увидеть зарю. Эти злаки делали людей бессмертными — что показывает осознание человеком великой роли солнечной энергии для Земли.

Солнце умещает длительный и незаметный процесс природного круговорота, который мистически описывал архетип Девы, в одни сутки. Это более удобно для человеческого сознания: так легче охватить его разумом, спланировав последовательность событий и тем самым взяв весь процесс в свои руки. И в отличие от богов растительности, Солнце не только исполняет космический закон, но и само вершит природный круговорот. Потому оно не умирает и возрождается, но восходит и уходит с небосклона, сохраняя себя вечно живым и тем храня постоянство всей остальной жизни. Оно в разное время дня может быть разным, и всё же остаётся одним светилом — и это позволяет связать с образом Солнца понятие индивидуальности, через его облик прояснив суть этого понятия. Личностью становится тот человек, который в разных условиях ведёт себя по-разному, не по догме, в соответствии с гибкими законами жизни, отражая её сиюминутное соответствие космическому ритму,— но при этом остаётся самим собой. Подобно Солнцу, личность не растворяется в жизненном процессе, а становится его центром, его сутью, охватывая своим вниманием все его стороны и раскрывая в своем образе разные его грани.

Солнечный знак Льва — тот знак, который умеет быть собой. Воплощая космическую гармонию Вулкана в конкретной жизни, этот знак раскрывает материальную красоту каждого отдельного объекта, которой наделяет её божественная гармония целого. Поэтому из служебного предмета обихода — колеса — и круглого уродца, лишённого подобия богам и человеку, Солнце превратилось в воплощение небесной красоты, олицетворяемой золотыми конями, белыми лебедями или зорями.

 


*      *      *

 

Бессмертный дар Солнца — это земная материальная жизнь. Образ этого дара раскрывают имена славянского бога Хорса и родственного ему иранского солнечного диска Хварна. Имя Хварна связывают с персидским фарном, обозначающим светлое начало, царскую власть и благую долю, дарителем которой является Солнце. Слово "фарн" связывают с индоевропейским корнем suer, от которого происходит имя индийского Савитара: этот корень означает всё доброе, желанное и достигнутое — одним словом, светлое и хорошее. От изначальной основы этого корня sue/swel в индоевропейских языках произошло слово "солнце" и имена солнечных богов: греческого Гелиоса, римского Соля, индийского Сурьи и других. Фарн — это сияние величия, блеск славы, достоинство и счастье. Это слово также родственно слову "парень" и обозначает зрелость человека, готовность к вступлению в брак. Фарн — нечто более долговечное, чем человек: как посмертная слава, он не покидает дома в случае смерти его хозяина, и находится в гробнице царя.

У шумеров было аналогичное фарну понятие божественной, единой и вечной царственности нам-лугала: она возникла в начале времен и передается от одного царя к другому от века к веку. Представление о некоей "субстанции" или "сиянии", окружающей божество и земных представителей власти, было широко распространено у самых разных народов мира, и здесь интересна идея непрерывной преемственности этой царственности у шумеров. Мы бы сейчас могли определить фарн или нам-лугаллу как достоинство той сверхматериальной сферы жизни человека ("надстройки"), которая позволяет ему быть царем над природой и творить свою жизнь светлой и доброй. Слава фарна сияет над человеком в тот момент, когда тот является творцом; а потом переходит другим людям, перенимающим эстафету творения.

Фарн воплощается в царской власти, но также в доме, имуществе, здоровье, семье, детях и прочих благах мира,— достижениях человека, основой которых является личная энергия. В астрологии эту сферу раскрывает понятие V-го дома, связанного с жизненным творчеством, а также со славой, любовью, детьми, увлечениями и хобби — работой ради собственного удовольствия. Пятый дом соответствует знаку Льва и символически (в отсчете от знака восхода) наиболее тёплому, послеполуденному времени суток: второй половине дня, когда сделанное за день уже становится явным и приносит удовлетворение. Пятый дом — сфера личного творчества человека: те результаты, которые служат ему самому. Достижения пятого дома указывают на зрелость человека. Как энергией Солнца расцветает Земля, так человек, достигнув зрелости, становится отцом и передаёт детям то, чем он владеет. Его индивидуальность становится видна в его творениях и его потомках подобно тому, как солнечный свет проявляется в красоте освещаемых им объектов.

 

Избыток солнечной энергии способствует расцвету культуры. Образ того, чего достигла в этой области цивилизация, воплощают крылатый конь Пегас и солнечный бог Аполлон, наиболее известный как Мусагет — предводитель муз. Музы ("мыслящие") развивают тему искусного и искусственного творчества Вулкана, и сам Аполлон иногда считается сыном Гефеста, подобно тому, как Солнце-Дажьбог является сыном Кузнеца-Сварога. Аполлон организует вокруг себя муз, как индивидуальность человека — центр его творческого "я" — проявляет его таланты и способности в разных сферах искусства. В гороскопе сила Солнца — показатель самобытности и творческих возможностей человека.

Образы муз, по мере дифференциации искусств распределивших между собой обязанности, раскрывают область культуры в конкретике знака Девы. Лира Аполлона — символ цивилизованного искусства, творимого не на импульсе стихийного вдохновения (который отражает противоположный знак Водолея, где экзальтируется Нептун), но собственным мастерством владения предметом: лира, помогая поэту петь, делает его почти независимым от переменчивой божественной гармонии космоса. Искусство Аполлона становится самоценным и уже не является жизненно необходимым. Однако оно делает явной ту сферу отдыха и праздника, которая прежде была сакральной — вспомним мистерии умирающих и воскресающих богов. Эта аналогия неслучайна, и Аполлона впоследствии почитали как бога не только солнечного, но и духовного света. Подобно этому, мы воспринимаем праздничным и духовно наполненным яркий солнечный день, и Солнцу посвящено воскресенье.

Муз — девять (солнечное число), и в честь них названы астероиды, обозначающие соответствующие области искусства: поэзию символизирует Эрато с лирой в руках (астероид Erato); песню — Евтерпа с флейтой (астероид Euterpe); танец — Терпсихора (астероид Terpsichore); знания и эпос (т.е. науку и литературу) — Каллиопа с палочкой для письма (астероид Kalliope), историю — Клио со свитком (астероид Klio: от корня этого имени происходит наше "слава"); гимны и патетическую поэзию — Полигимния (астероид Polyhymnia, который можно связать с идеологическим и официальным искусством); трагедию — Мельпомена с трагической маской (астероид Melpomene, символизирующий театр); комедию — Талия с комической маской (астероид Thalia, который можно связать также с цирком и кино); и астрономию — Урания, символами её служат циркуль и небесный свод (астероид Urania, который покровительствует астрологам). Есть также астероид Mуза. В зависимости от местоположения в гороскопе человека эти астероиды указывают на сферу приложения его талантов, увлечения и хобби. В античное время Аполлон с девятью музами также олицетворял космический хоровод Солнца с девятью планетами.

 

Аполлон — всевидящий прорицатель, от взора которого не может укрыться ничто земное,— наиболее развернутый образ Солнца, сочетающий в себе рациональную ясность небесного света со стихийными силами земли. Пребывая на Небе и на Земле и спускаясь в подземный мир, Аполлон имеет свойства всех после-зевсовских мифологем и черты самого громовержца.

Как стреловержец, он помогает Зевсу сражаться с титанами и гигантами, и сам убивает чудовище Пифона, сравнимого с индоевропейским змеем глубин Будхом. Подобно божеству подземного мира, он является пастухом и охранителем стад, а также стихийным губителем жизни и насылателем болезней. Как бог культуры, он строит города и помогает людям, учит их искусствам, морали и религии, вместе с Афиной охраняет отцовское право и становится целителем. Его покровительство музам делает его утончённым. Культурный облик Аполлона сопоставляет его другому солнечному богу, Митре, которого мы рассматривали в мифологеме Весов. Аполлон, как и Митра, стал солярным богом уже в позднее, античное, время. От мужественного Зевса цивилизованный Аполлон отличается в сторону недостаточной стихийности — и дети нового бога, музыкант Орфей и врач Асклепий, в отличие от сыновей громовержца Геракла и Тесея, — люди выдающихся способностей, однако не борцы.

В образе Аполлона проявляется даже ущербность, свойственная кузнецам: он часто бывает отвергнут богинями и даже смертными женщинами. Так, Дафна, убегая от Аполлона, превратилась в лавровое дерево, прежде бывшее символом бога; есть астероид с её именем (Daphne), который может указывать на неразделённость любви. Правитель культурного бытия, Лев неуязвим во всех областях жизни, кроме любви: это та сфера, над которой он не властен. Подобно тому, как стрелы Амура сильнее стрел-лучей Аполлона, чувства захватывают Льва, отражая астрологическую экзальтацию Плутона в этом знаке. Эта идея солнечного архетипа перекликается с мифом о Клитии, которая, любя Гелиоса-Аполлона, превратилась в цветок подсолнечник ("гелиотроп"), который круглый день поворачивает за Солнцем свою головку. Именем Клитии назван астероид, символизирующий присущую Льву слепую любовь и постоянство его сильной страсти.

Первоначально любовь к Дафне и связь с Клитией указывала на растительные функции Аполлона. Его любимцами также считаются два юноши, бывшие его ипостасями: Гиацинт — догреческое божество умирающей и воскресающей природы и Кипарис — тоже бог растительности, в образе духа дерева оплакивающий случайно убитого им на охоте оленя. Как умирающий и воскресающий бог, Аполлон почитался и как Дионис. Именно он воссоединяет для возрождения части растерзанного Диониса. Подобно божествам умирающей и воскресающей растительности, Аполлон получает мудрость и силу от Геи-Земли, и убив её порождение Пифона, должен, чтобы искупить свою вину, а заодно и обрести новые силы, сойти в Аид и там очиститься. В первоначальном варианте мифа пребывание Аполлона в подземном мире объясняется тем, что Пифон убивает его, и он, тем самым является жертвой, подобно Дионису или Адонису.

Но обретая солнечную функцию, Аполлон становится бессмертным, он наводит страх на богов и покровительствует героям. Аполлону родственен этрусский бог Аплу. Известно архаическое изображение Аполлона с четырьмя руками, что символизирует всеохват Солнца. И его зооморфные черты — связь с дубом, волком, лавром или лебедем — мы можем воспринимать уже просто как пантеистическую вездесущность Солнца, а не как изначальную его природу. Аполлон предвидит будущее лучше Зевса, гадая по полёту птиц, связанному со сменой погоды и времен года. Ему посвящается дельфийский источник и оракул, первоначально связанный с именем Дельфиния: водного чудовища хаотического мира медиумов-Рыб.

По мифу Аполлон убивает дракона Дельфиния и превращает его в более близкий земле скорпионовский образ змея глубин Пифона, чье имя значит "разлагающийся". Пифон становится хранителем источника, и оракулом в Дельфах служила прорицательница Аполлона, которую называли Пифия. Её имя стало нарицательным обозначением пророчицы, и этот смысл несет астероид Пифия.

По архетипическому смыслу этот астероид может означать сокрытие тайных знаний, который призван раскрыть миру ясный свет разума — Солнце-Аполлон, вступающий с Дельфинием в борьбу за оракул. Если перевести эти образы на черты людей, можно сказать, что Лев не склонен таить свои знания, в отличие от Скорпиона, который прячет их как силу и богатство. Солнце, служащее явленному бытию, в мифах нередко ведет борьбу с тьмой и невидимым миром — и побеждает, отнимая его аккумулированную энергию и тратя её на обустройство своего внешнего царства, доступного всем. Солнце побеждает Плутон. Но интересно, что темные силы остаются не в обиде: Плутон экзальтируется во Льве. И это говорит о том, что материальный, видимый каждому, солнечный мир — лучший способ хранения скрытой энергии.

Рассматривая эпос, мы видим, что фигура Аполлона близка образам жреца-Стрельца и культурного героя-Весов, и эти более древние роли сформировали его как солнечное божество. Несомненно Аполлон сам был жрецом оракула и героем, потому и остался покровителем тех и других. Его губительная власть отражена в позднем мифе о Хрисе, жреце Аполлона, чье имя переводится как "золотой". Когда царь Агамемнон, предводитель греков в войне с троянцами, похищает дочь Хриса, тот обращается к Аполлону с просьбой о помощи и насылает на войско Агамемнона моровую язву, которая прекращается лишь тогда, когда дочь оказывается возвращена. Названный в честь целителя астероид Khryses может обозначать золотые солнечные лучи как дар жизненной энергии, который оказывается губителен тогда, когда им злоупотребляют.

Внуком Аполлона считался прорицатель Калхант, предсказавший, когда будет взята Троя. Именно по его совету был сделан Троянский конь, что несомненно отражает творческий подход к делу, который символизирует солнечный архетип. Посвященный Аполлоном в свою судьбу, Калхант заранее знал, что умрет после появления еще более сведущего прорицателя (что и свершилось). Именем героя назван астероид (Kalchas), который означает практическое использование высших способностей, ясное и творческое отношение к будущему и исполнение предзнаменований.

Предшественником поклонения Аполлону был культурный герой Аристей ("ловчий"), охранник посевов и стад и всего человеческого творчества, обучивший людей охоте, врачеванию, прорицательству, виноградарству, пчеловодству и другим полезным навыкам. Позднее он мыслится бессмертным сыном Аполлона, который своему мастерству научился от муз. Астероид Аристей несет смысл современных актуальных для жизни достижений культуры, к которым приводит жизненное творчество Солнца.

На примере Аполлона мы видим, насколько может быть развернут и многогранен образ солнечного божества, описывающий разные стороны человеческой цивилизации. В современную культуру образ Аполлона вошел прежде всего как символ изящных искусств — которые обозначает астероид Aполлония. В честь бога Солнца названа и ещё одна планета — Аполлон, которая ассоциируется с культурным мужским образом прекрасного бога, ясным и разумным видением мира, которое предоставляет в наше распоряжение цивилизация, и возвышенной философией жизни, которую создает возможность предвидения событий. Но главное в этом образе — конечно же, вдохновение.

 

С вдохновением соотносится и солнечный образ коня (всем известный крылатый конь Пегас). Поэтическое вдохновение некогда родилось из ритуального экстаза. И символ коня: палку с лошадиной головой — использовали как свой атрибут шаманы Центральной Азии или островов Полинезии[14]. Поэтам полезно знать, что их конь, как и раскаленное светило, мог символизировать внутренний жар солнечной энергии, необходимый в наши дни — для творчества, а изначально — для магических и религиозных свершений.

У многих примитивных народов образ жара до сих пор соотносится с магией[15]. О необходимости увеличения "тапаса" (слово, родственное нашему "тепло") говорят индуистские и буддийские тексты, ставящие целью аскетический путь самосовершенствования и освобождения. В обретении тапаса — смысл воздержания и медитаций. В русском издании "Мокшадхармы"[16] тепло-тапас удачно переводится словом "подвиг": помогая попасть в героический солнечный архетип, возвышающий человека над природой. Общий смысл теплоты и подвига — горение, которое ярче всего живописует светило.

Здесь интересен образ ирланского героя Кухулина, который после своего первого подвига вернулся столь разогревшимся, что пришлось окунуть его аж в три бочки холодной воды. В первом вода мгновенно превратилась в пар, разорвав железные обручи и расколов доски чана. Во втором — вскипела, а в третьем — просто сделалась горячей: для некоторых людей — уже вполне нормальной, хотя другие не смогли к ней прикоснуться. Перефраз того же мифа можно углядеть в "Сказке о коньке-горбунке", где Иванушка купается в трех котлах. Его верный конек помогает ему справиться с жаром первых двух котлов, где налит кипяток, и преображение Иванушки, к которому подвела его неумолимая судьба и героическая решимость, довершается в "котле с водой студеной": охлаждающей героя до разумных границ.

Образ внутреннего горения, не ведающего пределов и сметающего все барьеры на пути, развивает третья огненная мифологема Марса, где огонь предстает сокрушительной стихией бушующего пламени. В мифологеме Солнца эта стихия пока сияет в рамках культуры и цивилизации. Ровная и спокойная энергия светила направлена на совершенствование бытия. Теплота творческого подхода — ко всему, что мы делаем — дает возможность поднять наше существование на более высокий уровень.

 

ГЕРОИ

 

Солнце олицетворяет собой небесное и земное постоянство, и потому в древних мифах часто предстаёт в образе женщины: индоевропейское слово sau, обозначающее светило, женского рода. В женском облике предстают семитская Шапаш; йеменская Шамс, имя которой приобрело нарицательное значение "богиня", родственница западно-семитского Шамшу и аккадского судьи Шамаша; индийская дочь Савитара Сурья, спутница Ашвинов; балтийская Саулес; германские Сунна и Соль; скандинавская золотоволосая Сив.

Но самостоятельная роль Солнца, его самодостаточность и полноправность делает его мужчиной. Каждый день рождаясь с новой силой и в образе зорь символизируя обновленную жизнь, Солнце мыслится молодым. Потому оно может предстать в виде юноши: как индейский Тонатиу, армянский Арэв или Аполлон; молодыми были и Ашвины. Парность солнечных образов делает наглядной диалектику жизни, которой правит светило. Потом она воплощается в паре Солнца и Луны: Апполон-Солнце становится братом-близнецом Артемиды-Луны. В противопоставлении Солнца и Луны или двух Солнц (Шапаша и Шамшу, Савитара и Сурьи) формируется принцип оппозиции мужского и женского, который будет проявлен в архетипе близнецов: независимых от богов прародителей человеческого рода.

К архетипу Солнца относятся первые попытки провозглашения человеком своей силы и независимости. Это отражают образы героев, несомненно связанных с образами Солнца и льва. Это семитский Самсон ("солнечный"), победивший льва и полчища врагов. Сила Самсона — в волосах, ассоциирующихся с лучами Солнца. Это индийский герой Нарасинха, получеловек-полулев. Это греческий Беллерофонт, победитель огнедышащей химеры и обладатель солнечного крылатого коня Пегаса, до сих пор дарующего поэтам вдохновение. Его именем назван астероид Bellerophon, символизирующий самоутверждение в искусстве. Беллерофонт хотел на Пегасе достичь вершины Олимпа, но был наказан богами за свою гордость, и Пегас сбросил его на землю. Гордость — главный порок Льва — и его чрезмерная самостоятельность даже по отношению к божественному — привела к гибели и Самсона.

Связь героизма с образом солнца подтверждает ацтекский образ Нанауатля: когда весь мир был погружен во тьму, боги решили, что одного из них надо бросить в жертвенный огонь, чтобы появился свет. Но все они боялись страшного жара. Гордый бог Теккистекатль заявил, что пожертвует собой, но тоже устрашился. Только скромный Нанауатль вошел в костер и не сгорел, а возродился в виде светила, из темноты явившегося на востоке. Другой индейский герой Бочика, отождествляемый с солнцем-Суэ, спас людей от потопа. Своим золотым посохом он расщепил скалы, и вода схлынула под землю. Затем, приняв облик светила, Бочика высушил оставшиеся от потопа болота.

Множество героических мифологий имеют солнечную структуру — считает исследователь мифологии М.Элиаде: "Герой уподобляется Солнцу. Подобно Солнцу, он сражается с тьмой, спускается в Царство Смерти и выходит оттуда победителем."[17]

Героическую тему развивает образ Геракла, в начале своего пути победившего немейского льва и в конце завоевавший бессмертие: его двенадцать подвигов соответствуют числу солнечного цикла. Подобно ему, побеждает льва другой греческий герой Алкафой, за что получает руку дочери царя и его царство. В честь него назван астероид Alcathous, символизирующий храбрость, оплаченную любовью. В честь Геракла названы даже два астероида: Heracles и Herculinа, остающиеся для нас символом недюжинной силы и способности брать на себя нелегкие предприятия.

Предшественник Геракла шумерский герой Гильгамеш не добился бессмертия, зато выстроил город, став древним предшественником Фауста,— и это также отражает стремление солнечного архетипа к цивилизации. В легендах о Геракле и Гильгамеше присутствуют отголоски близнечных мифов. Именем Гильгамеша тоже названа малая планета, которая подчеркивает героическое и безнадежное стремление к невозможному — приносящее, однако, успех в земных делах.

Черты мифических героев приобретают и цари империй: так египетский фараон в "Книге Апофиса" сражается с драконом Апофисом (Апопоп), который олицетворяет его врагов, а сам он исполняет рооль бога Солнца Ра. Подобно ему, Дарий уподоблялся мифическому Траэтоне, победителю трехголового чудовища (героическое переосмысление образа индоиранского младшего брата Триты).

Эпос стремится увидеть героические черты в каждом своем персонаже, и во множестве образы героев описывает история Троянской войны. Самый известный троянский герой — Гектор, являющий образ образ мужественного защитника родины и семьи, любящего супруга и нежного отца. Самый могучий противник троянцев — непобедимый воин Ахилл, имеющий единственное уязвимое место — пятку (область Нептуна, "падающего" во Льве), куда и поразила его смерть. Но он сам выбрал свою судьбу: ему была предложена долгая, но бездеятельная жизнь, или краткая, но полная славы, и он выбрал последнее. Зная, что Ахилл погибнет, его мать долго скрывала его от войны среди девушек и даже переодела в женское платье. Но когда появились воины Одиссея, Ахилл сразу схватился за копье, обнаружив свой мужской героический нрав.

Не менее славен и друг Ахилла Патрокл, действием побуждавший Ахилла к сражению и погибший в его доспехах. Умелый колесничий, правящий повозкой бессмертных лошадей (что прямо указывает на архетип Солнца), он не был бы убит, если бы в пылу битвы не оказался один далеко от своих под самыми стенами Трои. Как Ахилл, он не внял предсказанию о своей гибели: важнее была сияющая слава момента. Человеческие качества героев — их самобытность и отважное принятие ими вызова судьбы — символизируют посвященные им астероиды: "троянцы" и "ахейцы", движущиеся по орбите Юпитера впереди и позади него (Гектор, Ахилл, Патрокл, Неоптолем, Телеф и другие).

 

Герои — самобытны и могучи, подобно Солнцу. Они совершают подвиги, доказывающие силу человека, который обрёл под ногами твёрдую почву цивилизации. Говоря современным языком, они ставят личные рекорды, которые под силу только им. Это отражает стремление знака Льва, и само слово "ре-корд" неслучайно родственно слову "сердце" (лат. cor/cordis, греч. kardia): органу Льва и центральному органу человеческого организма, от которого зависит жизнь и который символизирует средоточие человеческих стремлений. Но почему в мирном цивилизованном мире вновь становится необходимой борьба, которую ведут герои? Более того, почему герои сами ищут подвигов и стремятся к этой борьбе?

Рассмотрим логику развития второй трети Зодиака, символизирующей создание культурного мира. Внутренний потенциал Скорпиона накапливает энергию для действия. Знак Весов приводит внутреннюю энергию в совершенную гармонию с внешней волей, что даёт человеку возможность божественного творчества. Знак Девы, делая эту волю своей и исполняя её за счёт своих ресурсов, преобразует бытиё согласно высшему промыслу. Но исполнение внешней воли приводит к растрате внутренней энергии. А когда энергия кончается, всё тщательно создаваемое Девой искусственное бытие распадается на части, представая мёртвым монстром сложного, но безжизненного организма. И в древних мифах мы видим недоверие к силе Солнца, которое действует своей волей и за счёт себя самого.

Так, ацтекский Тонатиу ("солнце"), юноша с красным лицом и пламенными волосами, во время еженощного путешествия по подземному миру может умереть, и потому ему нужна кровь воинов, павших в битве, души которых сопровождают его в царстве мёртвых. Образ Тонатиу наиболее ярко отражает экзальтацию мрачных сторон Плутона в знаке Льва — который, ведя себя героически или не очень, но опираясь лишь на себя, может пасть жертвой жизненных страстей.

Чтобы работал механизм созидания реальности своими руками, требуется топливо, которое рождалось из противоборства начал, и мы вновь возвращаемся к знаку Скорпиона. Именно эту необходимость рождения силы в противоборстве иллюстрируют мифы о ежедневной борьбе Солнца с силами мрака. Чтобы не устать светить, Солнце-Ра каждую ночь борется со змеем Апопом. В борьбе с тёмными силами участвует семитская богиня Солнца Шапаш: она помогает воскресить громовержца и бога плодородия Балу, чтобы тот одержал победу в повторном поединке с богом смерти Муту. Аполлон сражается с Пифоном, своей прежней ипостасью. В сказках змей нередко поглощает (похищает) солнце, которое возвращает людям герой, вступающий с ним в битву — замещая самого солнечного бога.

Для лучшего понимания драматизма, который кроется здесь за архетипом Солнца, можно привести также слова философа В.Соловьева: "По нашим понятиям солнце есть лишь внешняя причина тех изменений в распределении света и тепла, которые соответствуют различных временам дня и года. Но для древнего человека, не знавшего такой внешней причинности, в этих изменениях страдал сам солнечный бог, они были событиями его собственной жизни, его историей. Само Солнце было побеждаемо зимним холодом, само оно умирало и возрождалось."[18]

В этой самостоятельности — суть солнечного архетипа. И герои не минуют соприкосновения с потусторонним бытиём: Самсон отправляется в стан врага, Геракл и Гильгамеш вынуждены спускаться в подземный мир. Нисходит туда и Эней, чье имя значит ("хвала, слава"): основатель нового италийского города взамен разрушенной Трои, который получает там пророчество о своём будущем пути и судьбе своих потомков. В честь него назван астероид Aneas, символизирующий волю личности исполнить в жизни предначертанную ей роль,— и образ личного предначертания подводит нас к львовскому понятию индивидуальности.

Есть гипотеза, что образ Орфея, выводящего из Аида "далеко сияющую" Эвридику, ведет начало от Солнца, спускающегося под горизонт и вновь выходящего из-под земли. Подобно тому, как Солнце разгоняет силы мрака, Орфей усмиряет своим пением злых духов. Власть над душой чарующего и тоже во многом потустороннего искусства музыки символизирует астероид Оrtheus. Есть также малая планета Eurydike, которая может обозначать преданность в неблагоприятных обстоятельствах и шанс возрождения к новой жизни.

В сказках могучие герои также нередко ищут путь в подземное царство, спасая своих невест от дракона, как Орфей стремился спасти Эвридику, и возвращаются на землю с удвоенной силой, которая служит потом основой их царствования на Земле. Эти сказки подспудно содержат ту мысль, что земные возможности человека ограничены и ему приходится черпать силу из скрытых сфер. Психологически подобные образы добровольного героического путешествия в потусторонний мир можно трактовать как выявление скрытых мотиваций. В гороскопе транзиты Солнца к Плутону часто провоцируют конфликт, но несомненно служат пробуждению незадействованной энергии человека и приносят ощущение регенерации.

Боги имеют перед героями то преимущество, что сохраняют акцент на давании и дарении, которые порой утрачивают люди в погоне за силой. Так, шумерский бог Солнца Уту ("сияющий, светлый, день"), личный покровитель эпических героев, каждую ночь опускается в царство мёртвых, принося им свет, тепло и еду. Как и другие солнечные боги, он побеждает чудовищ мрака и срубает мировое дерево — акт тоже героический, отразившийся в индийской религии в образе срубания древа ашваттхи, останавливающего колесо перевоплощений. Зачем богу Солнца срубать древо жизни, заботливо посаженное богом Неба и почитаемое Громовержцем? Это можно трактовать так, что солнечный герой выступает против установленного порядка мироздания, поскольку устанавливает свой. Он кладет конец динамическому развитию — росту мирового древа, поскольку закрепляет незыблемость порядка жизни: в рамках Солнечной системы или Земли. Здесь можно вспомнить, что Лев — стабильный знак.

И даже сам природный образ мирового древа, хранящего мироздание, начинает мыслится творением человеческих рук — осью, столбом, вокруг которого на привязи ходят солнечные кони. Так, слово ашваттха переводится как "лошадиная стоянка", и германские ритуальные столбы, символизирующие мировую ось, назывались именами коней Хорсы и Хенгерста. Столпом неба называют индийского Сурью. Естественно представить, что небосвод поддерживают ветви дерева. Но чтобы это делал катящийся по небу диск? Чтобы представить такое, нам нужно кардинально изменить мировоззрение, обратиться от внешних образов к внутренним причинам существования. Тогда мы представим себе, что физическую реальность вокруг нас удерживает невидимая сила вращения — подобно тому, как вращение планет вокруг Солнца образует солнечную систему. Эта неощутимая сила организует нашу жизнь вокруг себя независимо от внешних представлений о ней (мировоззрения Юпитера), что и делает архетип Солнца центральным образом Зодиака.

Образ этой центростремительной силы хорошо отражает концепция самости у Юнга[19], родившегося под знаком Льва. Самость (самобытность, self) организует куски человеческой личности вокруг невидимого центра, и без этого организующего начала личности угрожает распад. Как показывают сны и образы культуры (европейские иконы или индийские мандалы), в этом центре раньше помещалось божество, единое для всех носителей некоей культурной традиции (архетип Юпитера). Но в процессе развития индивидуальности людей каждый человек обретает внутри себя личного бога. И теперь в подсознании людей этот центр символизируют самые разные природные и абстрактно-геометрические образы — возвращая нас к солнечному пантеизму, который становится опорой независимой божественности каждой личности.

Поиск себя как такого своего центра: по Юнгу, индивидуация — это грандиозный процесс. Не так просто понять, что такое наше солнечное, истинное человеческое "я": великое и героическое Я "самости" — в отличие от того поверхностного образа, который сформирован прежними традициями социума и навязан нам с детства как некая внешняя роль. И эзотерическая астрология А.Бейли называет эзотерической планетой Льва само Солнце — традиционный управитель этого знака. Это говорит о том, что символическая роль Солнца возвышается над его обыденной функцией посылателя энергии.

Понятие энергии наиболее просто и даже низменно ("сила есть — ума не надо"). Но обрести в себе неиссякаемую солнечную творческую силу, которая делает человека великой личностью, непросто. Тем более сложно сохранить в себе творческий жар в неблагоприятных условиях конфликта, когда общество перестает поддерживать личность, уходящую с общепринятого пути. И ещё тяжелее добиться, чтобы эта творческая искра продолжала гореть за пределами жизни и смерти. Воистину, Солнце — центральное и самое труднодоступное понятие Зодиака при своей кажущейся простоте. Согласно Юнгу, чтобы обрести в себе свой центр, человеку приходится совершать внутреннее путешествие в глубины подсознания — подобно героям мифов и сказок, которые для достижения цели своего пути вынуждены были спускаться в подземный мир. Сам образ путешествия тесно связан с мифологемой Солнца, свершающего ежедневный путь по небу[20].

Сказки и мифы о героях и их путешествиях мифологи ритуалистической школы выводили из обрядов инициации: ритуальных испытаний при вступлении в более высокую жизненную роль (из мальчиков в мужчины, принятии статуса вождя или шамана). Развивая психаналитические идеи Юнга, Дж. Кэмпбелл[21] описывает символику героического путешествия с точки зрения ритуалов посвящения — которые в древних обществах способствовали развитию личностных качеств. Эти ритуалы накладывали на индивида определенную социальную ответственность, внутренне укореняя ее ощущением его причастности к истории рода (деяниям первопредка) или космогоническому процессу творения мира. Эта ответственность: перед собой и одновременно перед людьми, перед всей жизнью, зрелая готовность к принятию своей роли — решала вопрос о смысле существования и давала ощущение полноценности бытия. Говоря астрологическим языком, ритуалы посвящения вводили человека в сферу архетипа Льва, делая ее доступной. Обряды инициации, на время ставившие человека вне социального порядка Юпитера и ввергавшие его в психологически экстремальные обстоятельства,— как и нисхождение мифологических героев в подземный мир — демонстрируют экзальтацию Плутона (испытания) во Льве, знаке зрелости, и связь этих понятий.

Сегодня таких ритуалов нет, но это не значит, что исчезла потребность в актуализации героического начала. Оно живет в каждом человеке: как желание что-то совершить, чему-то посвятить себя, и даже просто ощутить всю мощь своей внутренней энергии, познав глубину своих возможностей и, как мы сегодня говорим, раскрыть себя.— И в любом самораскрытии есть героическое начало самопожертвования, отдачи себя людям или жизненному процессу как таковому. Это стремление существует безоотносительно к вере (Нептун во Льве в падении). Но без него: не принимая ответственность за эту жизнь — человек не чувствует себя полноценно и видит жизнь лишенной смысла. Поэтому совершенно нормально в юности, или другие переходные моменты жизни, познать в себе героя. (И наоборот, если глушить какое-либо архетипическое начало, это ведет к психопатологии.)

Хорошо, когда сфера воспитания не пренебрегает той функцией, которую некогда играли посвятительные ритуалы: как еще недавно, в советское время, целые поколения воспитывались на героике революций и Великой Отечественной войны. Это давало стремление жить так, чтобы жизнь в целом стала лучше. Героика солнечного архетипа раскрывает жизнь как праздник самоотдачи, и то, что сегодня система воспитания ориентирует молодежь лишь на будни самосохранения и выживания (Сатурн), обедняет существование. Правда, в любой свободе есть плюс: и сегодня ту сферу, где оказалось бы возможным прикосновение к героическому, каждый ищет себе сам — хотя, к сожалению, не всегда находит. Увлечение рыцарством Толкиена или движение "готов", основанное на образе легендарного героического готского племени,— компенсация этой психологической потребности. Это отчасти доказывает потенциал, который содержится в мифах для понимания себя и самореализации. Другой пример компенсации — экстремальные виды спорта, развивающие особые человеческие способности, демонстрируя экзальтацию планеты испытаний Плутона во Льве, знаке человеческого совершенства. Но, конечно, наиболее универсальным посвящением в общечеловеческий смысл жизни и собственную зрелость остается любовь — которую мифологически тоже можно трактовать как погружение в недра страсти за глубинным жизненным потенциалом на новое свершение, подобную нисхождению героев в подземный мир.

 


 КОНФЛИКТ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ И ОБЩЕСТВА

 

Испытания в подземных недрах Плутона дают героям солнечного архетипа внутреннюю силу на исполнение своих желаний. Но совершая работу по преобразованию реальности, поток энергии иссякает, разбиваясь о преграды существующей организации мира и лишаясь поддержки изнутри. Требуется природная искра божественной молнии (Юпитер), чтобы пробиться сквозь плотные тучи костной материи и пробудить её потенциал. Однако солнечный луч человеческого разума тоже способен пробиться сквозь эти облака, делая человека героем, подобным громовержцу. Подобно Беллерофонту, взлетающему над Землёй, разум побеждает химер, и солнечный герой пытается взять на себя весь земной круговорот, которым в мифологии правит громовержец. Поэтому представители солнечного архетипа часто выступают соперниками главы пантеона, хотя ещё не могут его победить.

В конфронтации Солнца и бога грозы и дождя, которая иногда предстаёт в виде борьбы "золота и серебра", всегда побеждает громовержец. Солнечный бог вынужден уступить — что иногда рассматривается как способность тучи закрывать собой светило. Как замечают ирланцы, "когда небо в облаках, на солнце не погреешься." В индийском мифе громовержец Индра одерживает победу над Сурьей, своими молниями разбивая колесницу Солнца. Герой Арджуна ("серебряный") поражает стрелой сына Сурьи. У армян охотник стреляет в Солнце, у нанайцев стрелок ранит его, и потому оно каждый день клонится к западу, и тот же сюжет присутствует в мифе североамериканских индейцев. Китайский стрелок И сбивает с неба девять солнц из десяти. А бог Солнца, юга и лета Янь-ди ("бог пламени") в жестокой битве уступает своему единоутробному брату Хуан-ди, владыке центра и главе пантеона, зачатому от луча молнии. В хурритском мифе судья Серебро грозит смертью крылатому диску Солнца Шимиге. Аккадский громовержец Тишпак уничтожает солнечного льва Лаббу. Зевс убивает дерзкого сына Солнца-Гелиоса Фаэтона ("сияющего"), осмелившегося править колесницей отца и потерпевшего неудачу. Именем Фаэтона назван астероид, олицетворяющий героическую дерзость и безрассудство.

Для мифов характерен также образ орла, побеждающего и терзающего льва. Схватка орла со львом содержит вектор меньшей напряженности, чем орла со змеей: орёл и лев подобны друг другу силой и могуществом. И всё же они отличаются способом действия, будучи выразителями высокого, небесного и низменного, земного — и потому оказываются врагами.

Здесь можно вспомнить и героя среди богов Прометея, так и не попавшего на Олимп: создателя людей, укравшего для них огонь у богов. Е.П. Блаватская[22], ссылаясь на мифолога Дешарма, соотносит имя Прометея с индийским словом "прамантха": названием инструмента для добывания огня. У многих древних народов он имел форму креста с четырьмя ручками и отверстием посередине, и его вращение разогревало вставляемую в центр палочку, низводя огонь с небес на Землю. (Отсюда происходит и символ свастики; и крест остается общепризнанным символом Солнца на Земле.) Прометей таким образом связан как с огнем, так и вращением Солнца. И предъявляя права разумного человечества на власть в мире, титан предсказывает Зевсу свержение с престола и тем утверждает претензию Солнца на верховное место Юпитера. Однако время Прометея не пришло, и за своё освобождение от вечных страданий он вынужден раскрыть громовержцу тайну — владея которой, Зевс остаётся главой пантеона. Прометей прикован к скале и по легенде орел клюет его печень: здесь мы видим набор юпитерианских символов (орёл, скала, печень), что снова и снова подчеркивает антитезу громовержца и героя.

Греческие легенды обвиняют Прометея в том, что он не смог дать людям начала государственности и порядка, которыми владел верховный бог, и не сумел научить их жить обществом. Гораций даже говорит, что, создавая человека, великий титан вложил в него злобу и безумие льва. Эсхил оценивает его творение мягче: он говорит, что Прометей вселил в людей слепые надежды, не дав им предвидения судьбы, и потому у человеческого рода развилась неуёмная жажда деятельности и совсем нет памяти о прошлом (последнее отражает падение Сатурна в знаке Льва). Плоть от плоти своей матери-Земли, титан Прометей создал человека по своему героическому подобию, и потому, стремясь к природной объективности, Зевс решил уничтожить прежний род людей и создать новый. Правда, совсем покончить с человеческими качествами громовержец не сумел, поскольку Прометей спас два свои творения во время потопа, которые и стали прародителями нынешних людей.

Независимый нрав и столкновение с громовержцем солнечного бога Аполлона проявились в том, что Аполлон уничтожил киклопов, ковавших Зевсу перуны, после того как громовержец поразил молнией его сына Асклепия, который, подобно Прометею, тоже хотел даровать людям бессмертие. За это Зевс послал непокорного бога пастухом к земному царю, что сравнивает Аполлона с героем Гераклом, которому однажды тоже пришлось нести такую службу. Аполлон покровительствует наиболее известным греческим героям — Гераклу и Тесею, хотя те и являются сыновьями Зевса, и оказывает помощь другим. Здесь бог Солнца предстаёт перед нами как бог, подобный героям — людям, достойным быть богами. Но его личная роль и заслуги уступают общественной функции бога-царя.

Свет солнца дальше от земли, чем тучи, которые порой закрывают Солнце от нашего взгляда. Солнце не может победить Громовержца, потому что вынуждено исполнять и его волю тоже: воплощая волю Неба, создателя мира. Если громовержец наследует все функции универсального бога светлых Небес, то Солнце, выступая как определенный объект мира, никогда не мыслится изначальным творцом. Даже египетского Ра рождает богиня Неба Нут, хотя здесь за отсутствием позитивного образа громовержца, Солнце берёт на себя роль создателя. И в религии инков, где Солнце Инти было могучим божеством, входя в триаду главных богов вместе с Громом и творцом мира первопредком Уиракочей, оно мыслилось лишь созданием Уиракочи, как гром — лишь выразителем воли Творца. На севере у лопарей Солнце несомненно играло важную роль, но всё же ставилось ниже Тиермаса, бога грома и великого небесного правителя, известного у них под норвежским именем Сторьюнкаре.

Исполняя природный закон, Солнце не возвышается над ним. Так индивидуальные таланты и творческие способности даются личности от природы: человек может их развить, но лишь до определенных пределов. Это иллюстрирует греческий миф об Арахне — искусной ткачихе, которая вызвала на состязание рукодельницу-Афину. На своем тонком полотне Арахна умело выткала фигуры богов и героев. Но разве могло оно сравниться с тончайшим эфиром воздуха, который развернула перед богами Афина, где сияли вышитые ею звезды и облака? И за гордость богиня наказала ткачиху, превратив её в паука, природное совершенство которого в ремесле плетения паутины превосходит человеческое.

Это тоже миф, где человек хочет доказать свою независимость и силу, но терпит поражение перед природным миром богов. Астероид Arachne символизирует границу человеческих способностей. Подобен ей Мисен — сподвижник и трубач Гектора, хваставшийся, что играет лучше богов, за что Тритон, затрубивший в раковину, силой звука сбросил его в море. Астероид Misenus рисует образ расплаты стихии за дерзость соприкасающихся с ней людей.

Ещё один образ такого рода — троянец Лаокоон, жрец всезнающего Аполлона, который, не доверяя грекам и предвидя их коварство, не хотел допустить в город троянского коня, где было спрятано греческое войско. Его противодействие мешало плану богов, которые предрешили разрушить Трою,— и тогда они наслали на Лаокоона змей, которые задушили его вместе с двумя его сыновьями. Астероид Laocoon обозначает активное сопротивление личности тому, что предопределено ходом вещей: на практике оно обычно кончается поражением, и всё-таки развивает веру человека в собственные силы. Проецируя этот миф на современную жизнь, мы скажем, что индивидуальность не может сделать большего, чем это позволяет ей гороскоп, гены и окружающая среда, предопределяющая её образ жизни и воспитание. Но восставая против спущенных сверху ограничений, она может ощущать себя частью глобальных общественных и космических процессов — включаясь в общий прогресс Юпитера и расширяя свое солнечное творческое "я" до эволюционных идей Урана.

Верша постоянство круговорота энергии, Солнце днём правит светлым миром, освещая его красоту, а ночью его ждёт мир подземный. Так и человек не всё время действует согласно своей воле и своей мысли, и лишь относительно управляет теми химическими процессами организма, которые стимулируют работу разума. Лев должен вписываться в существующее бытиё, и это мешает ему быть героем. Если мы рассмотрим астрологическое столкновение Солнца и Юпитера (например, аспект квадрата в гороскопе или конфликт общественной идеологии Стрельца и личных установок Льва), выиграет Юпитер, в конце концов подчинив притязания личности и её собственное творчество объективной внешней воле. Или этот конфликт кончится печально: отчего иногда крайне благоприятная планета Юпитер называется планетой смерти, что соответствует истине.

Борьба громовержца, символизирующего социальное мироустройство, и солнечного бога, воплощающего силу личности, проецируется на взаимодействие личности и общества, и в более близкое к нашему время архетип Льва воплощается в образе благородного разбойника. Воля независимой личности к жизни согласно своему внутреннему закону, которую воплощает знак Льва, заставляет её бунтовать против внешней воли общества, хранящего прежние традиции. Но Лев, знак собственной силы,— царь зверей, а не людей: в природном мире Солнца действует закон — каждый сам за себя. И в этом конфликте личность оказывается неправа постольку, поскольку не может вместить в себя всего мира: её мир оказывается ограниченным и отличным от мира других. Самая великая личность не лишена недостатков, о чем говорит латышская пословица: "И на солнце есть пятна." В быту Лев нередко становится тираном, и ему крайне важно развить в себе уважение к окружающим людям: даже если Лев не понимает их образа действий и они не обладают теми достоинствами, которые он может оценить.

Опираясь лишь на себя, знак Льва не ведёт за собой, как это делает знак Стрельца, являющийся проводником на Землю общечеловеческого единства мысли Урана, которое возвышает людей до их человеческого предназначения. И скандинавскому герою Старкаду, которому покровительствует будущий глава пантеона Один, наделяющий героя тремя жизнями и даром поэзии, громовержец Тор предрекает, что в каждую из трёх жизней Старкад совершит преступление, забудет всё им сочиненное, испытает ненависть простых людей и не получит удовлетворения в конце своего пути. Предрекаемое Тором Старкаду — это в какой-то мере закономерный удел личности, отделённой от общества. Ведь традиции предостерегают человека от ошибок, хранят всё созданное им и дают ему возможность перестать бороться за жизнь и расслабиться в социальном лоне коллектива. Воплощающий идеологию коллектива Тор прав; но мы сочувствуем герою, потому что на этапе солнечной мифологемы общество уже достигло своего расцвета и будущее теперь — за личностью.

Рано или поздно уникальные способности индивидуальности окажутся востребованы, и тогда она сможет проявить себя во всю мощь. Такой образ личности, волею судьбы отстраненной от общества, но призванной в решающий момент, в греческом эпосе являет Филоктет — друг Геракла, унаследовавший его лук. Он почитал Аполлона, но по дорогу в Трою вступил на территорию местной богини, где его ужалила змея. Греки оставили Филоктета, и десять лет он в одиночестве страдал от раны. Но потом ахейцы узнали от оракула, что не завоюют Трою без оружия Геракла. Тогда герой был призван под стены Илиона, где его раной занялся лучший из целителей Махаон (сын Асклепия); с помощью его лука была взята Троя, а его стрела поразила виновника войны Париса. Львовский образ героя, справившегося с невзгодами судьбы в силу своих личных достоинств, символизирует астероид Philoctetes.

 


ПРЕДВИДЕНИЕ БУДУЩЕГО

 

С легенд о героях начинается история человека. Человечество осмысливает её через созданные им архетипы. Историю личности, как и человечества в целом, символически описывает движение Солнца по знакам Зодиака. Двенадцать месяцев года подразумевают лишь смену времен года и сезонные работы, когда мы смотрим на них с позиции архетипа Девы. Но солнечный архетип, ставя человека в центр Вселенной, и делая точкой отсчета личность, а не природу, наделяет сезоны года символическим, чисто человеческим смыслом. Природное бытиё, центрируясь в человеке, закладывает основы индивидуальной психики. В образах героев мифологемы Льва человечество начинает уделять внимание индивидуальным качествам людей — и неслучайно психолог Юнг, обратившийся к архетипам, родился под этим знаком. Архетипы не только описывают человеческую психику — они формируют душу, представление о которой раскроет следующая мифологема Луны.

Освещая прошлое в глубинах подземного мира и настоящее на Земле, Солнце даёт возможность мыслить грядущее, судьбы которого предначертаны Небом. Солнечные боги наделены всевидением, и смысл его не только в том, чтобы знать этот мир "сверху", как это делает архетип Водолея, но и участвовать в каждом его процессе. Всевидящий прорицатель Аполлон — единственный из богов Олимпа, кто знает будущее. Вавилонский бог Солнца Шамаш покровительствует оракулам и предсказаниям. Индийский Сурья, око богов Митры и Варуны, обладая быстрым взглядом, озирает мир, чтобы исправить зло. Семитская богиня Солнца Шапаш, наделённая даром всевидения, помогает Анат найти в царстве мёртвых тело громовержца Балу. Подобно этому греческий Гелиос, своим лучезарным взором проникая в глубины Аида, невидимые для других богов, указывает Деметре местонахождение Персефоны. Качество всеохвата подчеркивается и в символе Гелиоса — земном шаре.

Способность предвидения, отражаемую солнечным архетипом, люди приобретают тогда, когда знание механизма и этапов жизни позволяет им самим создавать будущее. Подобно Аполлону, вершащему природный круговорот, человек предвидит грани той истории, которую он призван сотворить, и это знание даёт ему возможность действовать. Поэтому знак Льва, как и противоположный знак Водолея, нередко предвосхищает будущее. Неслучайно великие личности этого знака в своем жизненном творчестве героически стремятся воплотить на Земле жизнь такой, какова она должна быть и какова поэтому она когда-нибудь будет (можно вспомнить Шри Ауробиндо).

Всеохват мира и его истории заложен в каждой личности, которая проживает все символические стадии жизни, соответствующие солнечному пути. Примером такой индивидуальной истории служат двенадцать подвигов Геракла/Геркулеса — аналогия которых со знаками Зодиака всегда привлекала внимание астрологов. У греков подвиги Геракла излагаются в различной последовательности, и их по-разному соотносят со знаками Зодиака; но основная идея остаётся бесспорной — это освоение всего многообразия жизни за 12 стадий пути.

Индивидуальность Геракла складывается из его подвигов: так же личность человека формируют божественные архетипы. Боги составляют целостность Человека: и это не идея нашего времени, которую подняли на флаг астрологи или выявил Юнг. Мы находим её уже у шумеров или в текстах египетских пирамид, где умирание царя сопоставляется с уходом из его тела шести главных богов (Гора, Сета, Тота и других: мы бы сказали энергий Юпитера, Сатурна, Меркурия и т.д.) вместе с их духовными двойниками. В шумерских магических заклинаниях человек сам называет себя Небом и Землей, отождествляя свою голову с владыкой слова и дыхания Энлилем, шею с его супругой Нинлиль, руки — с Месяцем и т.д. Это подводит нас к образу Человека, равного Вселенной (о чём подробнее рассказано в архетипе Близнецов. Лев — это боги, спускающиеся на телесный уровень человека, Близнецы — человек, сознанием возвышающийся до богов).

Подвиги героев подчеркивают силу и значимость личных качеств человека, развитие которых остаётся особенно актуальным для зодиакального знака Льва. Сильная собственная энергетика Льва, служащая причиной его уверенности в себе, не даёт ему возможности видеть надёжную опору в окружающем, более слабом мире. Поэтому Лев не находит себя в обществе, если не превосходит его в чём-то: этому знаку не подходит роль безликого слуги. Когда же в какой-то области его индивидуальный уровень высок, Лев получает социальную поддержку и оценку своих качеств со стороны окружающих, что необходимо этому знаку, имеющему высокие амбиции. Поэтому тем, кому покровительствует Солнце, характерно стремление к профессиональному и человеческому совершенству. Лев во всём ценит уровень, который даёт человеку возможность качественно проживать жизнь в каждом её моменте. И личное совершенство в чем-то одном становится основой охвата всей реальности, поскольку бог присутствует в каждом явленном объекте.

 

Логику архетипов Зодиака можно обнаружить в глобальных представлениях об истории мироздания в целом, вершину и совершенство которого воплощает знак Льва — поскольку расцвет цивилизации, утверждая бессмертие разума, не даёт истории повернуть вспять. Грани архетипов раскрывают научные концепции или сюжеты кинематографа, но их взгляд на прошлое, настоящее и будущее обычно недостаточно глобален. Поэтому мы приведём религиозное представление о развитии Вселенной средневекового православного богослова Григория Синаита[23], которое вполне соотносится с последовательностью развития зодиакальных архетипов — где представление о достигнутом совершенстве соотносит архетип Льва с образом земного рая:

"Первое — о бозе безвидное (бог невидимый — Рыбы),
Второе — Умных Сил устроение (сотворение планет и всего звездного мира, движимого "умными силами" — Водолей)
Третье — Сущих составление (сотворение всего сущего — Козерог)
Четвертое — смотрительное Слова схождение (нисхождение Слова-Христа, зримое людям: проводник божьей воли — Стрелец)
Пятое — Соборное воскресение (пробуждение мёртвых — Скорпион)
Шестое — второе пришествие Христово (на Страшный Суд — Весы)
Седьмое — вечная мука (осуждение грешников — исполнение Закона: Дева)
Восьмое — царствие небесное (полнота бытия и праздник воскресения — Лев).

Знак Льва символизирует вершину коллективных достижений человечества и ту точку, с которой начинается самостоятельное, независимое от человечества в целом проявление его индивидуальных начал.


*      *      *

СОЛНЦЕ олицетворяет всеохват мира, освещая своим светом красоту всех его объектов. Оно обозначает тело и дух человека, соединяя небесный мир разума, земной мир проявленного бытия и подземный мир материи в понятии единой жизни, которая вбирает в себя все грани существования. Реализуя принцип подобия земного небесному, оно само служит источником всего и символизирует создание посреди природной Вселенной своего собственного мира, основанного на разумных законах. Воплощая своим движением постоянство закона, оно выступает организатором культурного и экономического расцвета цивилизации, который становится базой развития человеческой индивидуальности. Оно олицетворяет таланты и способности каждого человека, личный смысл его существования и его индивидуальный вклад в бытие, его зодиакальную миссию.

Всевидящее светило вершит свой суд и вносит в жизнь праздник. Возвышаясь над нормами морали и справедливости, Солнце щедро дарит добро, рассеивая всё зло избытком своего света, исцеляя тело человека и очищая его мысли. Даруя людям уверенность в себе, оно даёт возможность опереться на прошлый опыт и предвидеть будущее ясным разумом, а не слепым предчувствием. Его энергия помогает героям, которые своими руками творят утопию земного рая, открывая эпоху личного соперничества с общественным зданием бога-царя. Как урок их поражений, Солнце определяет границы индивидуальной свободы человека и его жизненного творчества — и эта новая личная определённость формирует понятие индивидуальной души каждого, в отличие от коллективной души людей, которую наделил земным бессмертием человеческий разум.

Возникая из глубин первозданного Хаоса, Солнце становится центром проявленного мира. Оно дарит свет ясному Небу и существование Земле, является посредником между ними и проводником в мир творческого начала мысли, подобно Громовержцу, и питает скрытые источники жизненных сил, замещая бога Подземного мира. Вместо божественного Кузнеца Солнце дарует людям энергию на собственное творчество. Вслед за архетипом умирающих и воскресающих богов, оно воочию являет постоянство исполнения космического закона и несёт способность видеть и понимать смысл настоящего. И символически описывая историю прошлого, образ Солнца одновременно содержит в себе зачатки всех последующих мифологем.

Олицетворяя единый незыблемый порядок чередования дня и ночи, светило подразумевает своего ночного заместителя, непостоянную Луну, воплощающую принцип множественности. Владея даром жизни, Солнце передаёт лунному архетипу идею бессмертия души. Добыв из глубины недр и проявив на поверхности двойственность любой формы существования, оно формирует близнечные мифы, наследующие независимость светила от прежнего миропорядка. Как колесо, объединяющее мир небесный с миром подземным, оно символизирует взаимопереход жизни и смерти, который вмещает в себя жизнь. Это понятие воплощается в образе богини зари и любви, планеты Венеры (являющей универсально-женское начало). А как сочетание природы и разума, материи и духа, сталкивающихся насмерть в бесконечной битве жизни, Солнце предопределяет их примирение и общую победу в знаке Овна, где оно экзальтируется в облике планеты Марс (универсально-мужского начала).

В преддверии этого примирения, которое даёт начало новой жизни, наше светило символизирует власть человека над жизненным процессом, его личные заслуги и его независимость от патриархальной опеки природного бога-отца. Отражая зрелость человечества, оно само становится покровителем и отцом, воплощая всё лучшее, что может быть в человеке, способном давать жизнь другому.

 

 

 

МИФОЛОГИЯ ХАРАКТЕРА ЛЬВА

 

Натура человека, рождённого под знаком ЛЬВА, вбирает в себя всю августовскую мощь плодоносящей природы, согретой животворными лучами Солнца. Сила и постоянство — основные черты этого знака, которому покровительствует светило, служащее неисчерпаемым источником энергии Земли. Льву в одинаковой мере понятны и высокие проявления духа и власть материи: подобно Ра, ежедневно обозревающему небо, землю и её недра, он видит во всём единую божественную сущность и потому склонен к великодушию и снисходительности.

Те, кому покровительствует Аполлон, принимают всё созданное природой и цивилизацией, ценят прекрасные творения человеческих рук и уважают Человека, — подобно Людвигу Фейербаху, родившемуся под этим знаком и сделавшему девизом своей философии утверждение: "Человек человеку бог". Им дано почувствовать в каждой личности творческую силу, равную божьей. Подобно покровителю муз, Львы любят искусство и стремятся расцветить мир яркостью красок, чтобы жизнь предстала во всём блеске своей полноты. В круге Зодиака (в движении от Рыб) знаку Льва соответствует точка золотого сечения, определяющая правильные пропорции земной красоты.

Люди подобны богам и могут стать ими: для этого нужно лишь проявить данные каждому таланты и совершенства. Но творческая реализация предполагает не свою, а надличностную волю — постоянное незаметное исполнение космического закона, пример которого каждый день являет нам светило. Безвозмездно посылая во все стороны тепло своими щедрыми руками-лучами, оно исполняет волю некогда зажжённого в нём огня. Если же человек присваивает себе дар данной ему жизни, результатом такого мировосприятия становится главный грех людей — гордость и индивидуализм, который ограничивает их бытиё рамками их кругозора и лишает способности творить — подобно тому, как возгордившегося Беллерофонта отвергли боги и даже его крылатый конь Пегас. Следование лишь собственному благу, своим желаниям и честолюбию делает жизнь менее плодотворной, ограничивая её повторяющимся колесом событий сансары. И напротив, как говорит польская пословица, "кто бежит от славы, того она догоняет".

Лев абсолютизирует настоящее, всецело полагаясь на то проявленное бытиё, которое он ясно видит перед собой, не допуская иного. Но только оставив место неведомым движениям своей души, он избежит замкнутости в созидаемом им собственном мире. В астрологии Солнце связывается с сердцем, и любовь помогает Льву забыть своё ложное и раскрыть своё истинное "я", покровительствуя другим энергией своих чувств и щедростью подарков. Сердце есть солнце каждого: истинное творчество, которое незаметно становится самой жизнью, идёт от сердца. Когда энергия воплощается в реальность, создавая по образу и подобию человека произведения его рук или его детей, Лев чувствует себя на коне. Но его колесница способна охватить и более широкие пространства, объединяя людей глобальной миссией этого знака: задачей совершенствования всего материального бытия — от предметов домашнего обихода до человеческого тела, которое, если верить Шри Ауробиндо, родившемуся под знаком Льва, когда-нибудь будет нетленным.

Совершенствуя свои способности и проявляя свою индивидуальность, подобно мифологическим героям, Лев принимает на себя ответственность за свою жизнь и свою любовь. Это порой требует героизма: личности в обществе приходится делом доказывать своё право быть собой и распоряжаться жизнью по своему усмотрению, подобно тому, как солнечные боги заявляют о своей независимости главе пантеона. В конфликте личности и социума личность часто терпит поражение: подобно Фаэтону, лишь раз вознесшемуся в небо на золотой колеснице — если она не берёт на себя ответственность за других людей. Только принимая её, человек становится царём природы и сыном солнца, укрепляя других своей поддержкой и уважением и вселяя в них уверенность в себе, подобно тому, как светило энергией своих золотых лучей посылает нашим сомневающимся душам веру в жизнь.

 

Табл.12 

                  АРХЕТИП CОЛНЦА В МИРОВОЙ МИФОЛОГИИ

 

Древние

цивилизации

народы,

регионы

                характер и функции богов

боги

солнечного

диска-колеса

восход и

заход,

кони Солнца

всеохват

мира, борь-

ба с тьмой

независимость

соперник

громовержца

ЕГИПЕТ

Атон

Хепри-Атум

 

Ра, Амон

(Сехмет)

СЕМИТЫ

и Библия

Ярихбол

Шамшу/Шапаш

 

(офаним)

 

Ярихбол

Шамшу/Шапаш

Баалхаммон

Элагабал

(Авраам)

 

 

 

Самсон

ДВУРЕЧЬЕ

и МАЛАЯ

АЗИЯ

Уту

Шимиге

Истанус

/Эстан

Уту

Ашшур

Шимиге

ИНДИЯ

и ИРАН

Сурья

Хвар

Савитар

Ашвины, Аруна

Таркшья,Эташа

Дадхикра

Уччайхшварас

Савитар

Вивасват

(Фарн)

Сурья

ГРЕЦИЯ

Гелиос

Гелиос

Фаэтон

Пегас

Гелиос,

Аполлон

Аполлон

Фаэтон, Геракл

Беллерофонт

РИМ и

ЭТРУСКИ

Соль/Солярис

Узил

 

Аполло

Аплу

Эней

ГЕРМАНЦЫ

и КЕЛЬТЫ

Соль, Сунна,

Грейне/Гранас

(Хорс и Хенгерст)

(Тальезин

и Аваггду)

 

 

Старкад

(Артур)

ПРИБАЛТЫ

Саулес

 

Усиньш

 

(Совий)

СКИФЫ и

СЛАВЯНЕ

Хорс, Колоксай

Гойтосир

 

Авсень

(Таргитай)

Дажьбог

(Солнце)

 

КИТАЙ и

ЯПОНИЯ

Янь-ди

Си-хэ

 

Аматерасу

Янь-ди

ИНДЕЙЦЫ

Суэ, Инти Тонатиу, Нанауэтль

Цоханои, Натос

Сугумонша-

Сугунсуа

Тонатиу

Курикавери

Нанауэтль Цоханои

Бочика

Нанауэтль Суатива

АФРИКА

Ишоко, Изува

Уэнде, Лиуба

Кадзоба, Лиза

 

 

Кинту

ОКЕАНИЯ

 

 

 

 

Рата,Тафаки

Купе, Тое

 

ХАРАКТЕРНЫЕ  СИМВОЛЫ:

 

диск Солнца, золото, круг, каравай с солью, мёдсимволы полноты и здоровья;

нимб лучей, корона, око, восьмиконечная звезда, грива льва, символы солнечного сияния;

колесница, колесо, крест в круге, свастикаобразы катящегося по небу солнца;

огнегривые кони, утка, лебедь, петух, жар-птица образы восхода и захода солнца (утка и лебедь — отражение солнца в воде);

Пегас, лира, сфинксэнергия, преобразованная в искусство и мудрость.

 

ЦВЕТА  (и их психологическое воздействие):

 

оранжевый энергия тепла, героика, позитивизм, широта

золотойблеск, совершенство, достоинство

бордовый с желтымторжественность, доминирование, власть

 


ТИПИЧНЫЕ МИФОЛОГИЧЕСКИЕ И СКАЗОЧНЫЕ СЮЖЕТЫ,
(описывающие сценарии влияния Солнца,
как и мистерии событий V дома творчества):

 

Солнце-Лев. //Аккадский миф о Лаббу. — Одушевление природных образов. Символизм.

Солнце-колесо. //Круглый бог Вивасват. (Колобок.) — Всеохват мира.

Солнце-птица. //Жар-птица. Гуси-лебеди.— Постоянство круговорота.

Солнце-конь. Солнечная колесница. //Дадхикра. Конь-огонь. "Конек-горбунок". Си-Хэ, Эстан, Гелиос.— Расширение уровня возможностей.

Творческая энергия Солнца. //Пегас. Музы Аполлона. — Роль искусства внутри цивилизации.

Руки Солнца. Доброта и щедрость. //Индийский Савитар, русские Хорс и Дажьбог. — Дарение от избытка.

Всевидение солнечного бога. //Шапаш, Гелиос, Аполлон. Загадка сфинкса.— Целостность видения.

Борьба Солнца с силами мрака в подземном царстве. Солнце-герой. Герой, выручающий из беды друга (любимую). //Ра и Апоп, Уту. Подвиги Самсона. — Помощь из более высоких сфер, покровительство.

Чрезмерная мощь и жар Солнца. //Легенда о стрелке И. Легенда о Фаэтоне.— Акцентирование личных качеств.

Борьба громовержца и солнечного бога. //Борьба золота и серебра, Лаббу и Тишпака, Индры и Сурьи, Хуан-ди и Янь-ди и др.— Конфликт общества и личности.

Противостояние героя богам. Борьба героической личности против традиционной власти. Благородный разбойник. //Беллерофонт. Старкад. Наказание Ниобы. Миф об Арахне. Легенды о Робин Гуде, Зорро и др. — Самоутверждение и гордость человека.

Использование талантов и способностей во благо. //Орфей, пением укрощающий духов ада. Сказки о товарищах-богатырях, вместе находящих выход из любой ситуации ("Семь Иванов").— Развитие индивидуальности.

 


ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ АРХЕТИПОВ

 

СОЛНЦЕ и НЕПТУН. Это образ рождения светила из моря (египетского закатного Солнца-Атума, плывущего на ладье, или подымающихся в небо колесниц Гелиоса и Сурьи). Здесь Солнце предстает как собственная материальная энергия, имеющая связь с энергией истока. Отражаясь в предметах, эта энергия наделяет их жизнью, одушевляя реальность. Она символизирует дар от избытка возможностей, творение от полноты.

На такое восприятие мира настраивает аспект Солнца с Нептуном, побуждая создавать мифы и верить в них, видеть жизнь — целостной и одухотворенной, а вещи — самоценными и имеющими смысл. Это само собой разумеющееся понимание мира как единой духовной общности, связанной изнутри (образ Земли как живого существа). Гармония этих планет обозначает творческие способности (обычно в музыке или живописи, но и вдохновение вообще). А также веру (но не обязательно принадлежность к какой-либо религии: за социальную адаптацию своих взглядов и ощущений отвечает Юпитер, планета коллективного разума, а сильное Солнце идёт с ними вразрез).

Конфликт Солнца и Нептуна сеет иллюзии — как частичное видение правды реальности — обозначая недостаток энергии для её всеохвата (и лень — как нежелание дарить и творить). Это принимание части за целое дает слишком сильную внушаемость в одних вопросах, и её полное отсутствие в других. Если акцент ставится на Нептуне, всплывает проблема веры: которая может принимать фанатичный (нетворческий) характер. А при доминанте Солнца внешние достоинства (уровень жизни и самореализации) заслоняют внутреннее богатство (например, кажется, что человек не на высоте положения: плохо одетый или не демонстрирующий своих способностей — не может быть и духовно богат). Это неуважение к людям, оборачивающееся немилосердием, и тот порок человеческой гордости, за который боги карают Ниобу.

 

СОЛНЦЕ и ЮПИТЕР. Это образ двух царей (Гора и Ра), от которых вели свой род фараоны Египта и правители других земель. Эти архетипы объединяет символ коня: позволяющий человеку занимать позицию выше своего роста и мобильно охватывать свои владения. Гармония этих планет дает человеку уверенную социальную позицию (быть "на коне") и ставит его в роль правителя жизни, распорядителя её благ.

Конфликт этих планет живописует борьба солнечного бога и бога грозы (Индры и Сурьи, Хуан-ди и Янь-ди), где победа остается за громовержцем. Эта мифологическая мистерия проецируется на конфликт личности и общества, где личность доказывает свою независимость, а общество подчиняет своим нуждам таланты человека и саму его жизнь. Дисгармония Солнца и Юпитера в гороскопе обозначает столкновение общественных запросов и индивидуального творчества, когда способности человека подавляются общепринятой моделью жизни или оказываются невостребованными /образ героя-одиночки (Самсона, Старкада), которого ждет гибель/.

 

СОЛНЦЕ и ХИРОН. Синтез образов светила и лошади-помощницы людей являют солнечный конь и колесница. Связанные с расцветом цивилизации, они расширяют круг творческой жизни человека. Солнце облагораживает облик коня-Хирона и подымает его на пьедестал — рождая образ крылатого Пегаса, на котором летал герой Беллерофонт: ныне — покровителя искусства и поэтов.

Гармонию этих планет воплощает и сам солнечный бог как покровитель цивилизации и искусства: Аполлон — предводитель муз. Этот аспект обозначает миролюбие и понимание, гармоничность и красоту, тягу к культуре и искусству.

Конфликт Солнца и Хирона обозначает нарушение чувства меры, вносящее в жизнь дисгармонию. Он может ассоциироваться с сюжетом, где Пегас сбросил Беллерофонта на Землю (за непочтительность к богам: т.е. социальным принципам жизни). Здесь встает проблема социокультурных отношений личности: её умение наладить связи с другими людьми. Этот тот случай, когда личность не принимает моделей поведения, принятых в обществе: считая их навязанными ей нетворческой массой, искуственно-формальными или даже угрожающими его самобытности. Человек не способен корректировать свою индивидуальность с учетом того, как его самореализация соотносится с принятыми правилами.

 

СОЛНЦЕ и ЦЕРЕРА. Взаимодействие этих планет воплощает постоянство круговорота времен, которым правит светило вслед за умирающими и воскресающими богами растительности (в образе птицы, улетающей на юг или за море). Этот аспект смыкает символику и реальность жизни, в повторении её сюжетов каждый раз по-новому расшифровывая загадку сфинкса: образ которого вместе составляют Лев и Дева. Солнце и Церера — это земное и несомненное, постоянно изменяющееся, но остающееся тем же самым. Это некогда запущенный вечный двигатель, который ни на мгновение не останавливается: так бьется сердце человека. Это единство тела и духа.

Гармония Солнца и Цереры ассоциируется с заботой о злаках Аматэрасу и выращиванием урожая. Она символизирует правильный распорядок и налаженную жизнь цивилизации (организацию хозяйства, воспитания, обучения и других полезных функций).

Этот аспект также обозначает здоровье и целительство за счет избытка возможностей — которым владели дети Аполлона и Гелиоса: Асклепий, Хрис, Аристей, Цирцея или Медея — и напоминает о терапевтической роли солнечной энергии (и меда, непосредственно несущего в себе энергию Солнца-Сурьи). Дисбаланс этих энергий дает сбои жизненного ритма, неумение наладить рабочий процесс, непостоянство и плохое здоровье.

 

СОЛНЦЕ и ЛУНА. В мифах это брат и сестра (Аполлон и Артемида, Цукуёми и Аматэрасу), муж и жена (Сау и Менс, Селена и Гелиос) или просто мужчина и женщина (Суэ и Чиа). Они противопоставлены по признаку пола и воплощают единство двух граней бытия: дня и ночи, бодрствования и сна, постоянства и изменчивости. Хороший аспект светил символизирует гармонию основных энергий (равновесие инь и ян).

В мировой астрологии это единство народа (Луна) и президента (Солнце). В личном гороскопе — самодостаточность, самобытность натуры и яркость индивидуальности (а также телесное здоровье). Это соответствие внешнего и внутреннего мира, формирующее цельность личности. Переплетение солнечного и лунного символизма: мёда и молока — мы находим в образе напитка бессмертия (тождество мёда-амриты и молока-сомы у индусов). Он воплощает идею сохранения индивидуальной души и её божественного совершенства — которое во всем блеске помогает раскрыть взаимодействие светил.

Дисгармония светил дает несамостоятельность, слабость конституции и подверженность болезням. Это конфликт тела и души, от которого страдает и то, и другое; противоречие внешнего и внутреннего, действия и восприятия, когда осознанные желания идут вразрез с гибким потоком жизни. Это разрушение внутренней цельности под давлением внешнего мира, отрицание его суетного блеска и уход в себя — что может иллюстрировать образ ущерба Луны (хеттский Арма) или затмения светил, приносящие эмоционально необъективное отношение к реальности (см.архетип Луны).

 

СОЛНЦЕ и МЕРКУРИЙ. Эти планеты воплощают разум людей, делающий их самостоятельными и возвышающий над обстоятельствами. Их иллюстрируют образы героев, сравнимых с богами (Гильгамеша, Геракла), и творца людей — Прометея. Поскольку Меркурий отходит недалеко от Солнца (лишь на 28°, менее знака), это самый частый аспект гороскопа. Он воплощает кроющиеся в человеке героические качества: его способность строить новые города, как Гильгамеш, и воевать с злом, как Геракл; стремление продлить жизнь, победив смерть, и спастись от любого потопа. Если не всем, то во всяком случае трети людей, эти качества присущи (орб этих планет — 10°).

Соединение этих планет дает развитый ум Одиссея, владение словом и хорошую адаптацию (а иногда и хитрость, присущую его деду — обманщику-Гермесу). Меркурий, предшествующий Солнцу в геоцентрической системе (так называемый Меркурий "Прометей"), дает просчитывание событий, предшествующее действию. А Меркурий после Солнца ("Эпиметей") способствует осмыслению событий после того, как они произошли. В мифологии это образ несообразительного, медлительного интеллекта. Все сказки о том, как более умному персонажу удалось обмануть более глупого, посвящены проработке слабого Меркурия. Наибольшие проблемы с речью и интеллектуальным развитием приносит "горящий" Меркурий (0-3° от Солнца), а также его возвратное движение в геоцентрической системе (ретроградный Меркурий, в эфемеридах обозначаемый буквой R).

 

продолжение: РАСЦВЕТ ПРИРОДЫ,  ВОИН И ПАСТЫРЬ

 

перейти к главам: Пучина Хаоса”, ”Свет Небес”, Закон судьбы”, "Царь и Бог", ”Власть недр”…

 

             к обзорной главе “Эволюция человечества как зодиакальный круг

 

вернуться на главную страницу

 



[1] Ардвинба В.Г. Ритуалы и мифы древней Анатолии. М., 1982 С.62

[2] Хинн В. Государство Элам. М., 1977 С.44

[3] Тэйлор Э.Б. Первобытная культура. М,1989 С.411

[4] Хрестоматия по истории Древнего Востока. под ред. В.В.Струве и Д.Г.Редера. М., 1963 С. 304-306

[5] История древнего Востока (под редакцией Г.М.Бонгард-Левина) М., 1988 глава "Египет" С. 386.

[6] Фрэзер Дж. Золотая ветвь. М.,1980 С.60

[7] Этому есть много примеров. В Африке вождя, которому не удалось вызвать дождь, часто изгоняли или убивали. Когда у скифов ощущалась нехватка пищи, они заключали своих царей в тюрьму. В Древнем Египте в случае неурожая порицали фараонов. Фрэзер Дж. Золотая ветвь. М.,1980 С.103-104

[8] Голан А. Миф и символ. М., 1993 С.142; 147

[9] цит. по Голан А. Миф и символ. М., 1993 С.46

[10] Тэйлор Э.Б. Первобытная культура. М.,1989 С.129

[11] Рыбаков Б. Язычество древних славян. М., 1981 С.296

[12] Голан А. Миф и символ. М., 1993 С.120-122

[13] Хрестоматия по истории Древнего Востока. под ред. В.В.Струве и Д.Г.Редера. М., 1963 С. 106-107

[14] Элиаде М. Космос и история. М., 1987 С.173

[15] Элиаде М. Космос и история. М., 1987 подглавка "Магический жар" С.180-182

[16] Махабхарата. Выпуск V. Книга 1. Мокшадхарма. Ашхабад, 1983

[17] Элиаде М. Священное и мирское. М., 1994 гл.3 "Священность природы и космическая религия"

[18] Соловьев В. Мифологический процесс в древнем язычестве. Избр. произв. Ростов-на-Дону, 1998 С.31-32

[19] Подробнее о понятиии самости у Юнга см., например, в статье: Семира. Архетипы Юнга и астромифология // Юнг К.Г. Алхимия снов. Спб., Тимоти, 1997 С.303-348

[20] Например, в ведийском языке слово для пути выступает в мужском и среднем роде, и в последнем случае оно обозначает небесный путь и небесное пространство.

[21] Кэмпбелл Дж. Мифический образ. М., 2002

[22] Блаватская Е.П. Архаический символизм религий мира. Тайная доктрина кн. 4 М., Прогресс, 1992 С. 650-660

[23] Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М,1981 С.453-454