на главную страницу сайта  

semirafotСемиры и В.Веташа «АСТРОЛИНГВА»

semirafot1СЕМИРА (Щепановская Е.М., канд. филос. наук, СПб.)

СОЗВЕЗДИЯ МЫСЛИ

АСТРОЛОГИЯ ДЛЯ ФИЛОСОФОВ

и философия для всех остальных

(продолжение)

                       

к оглавлению и началу книги

Глава

 

«ТРИУМФ ЖИЗНИ»

ЛЬВА

 

АРХЕТИП СОЛНЦА

 

Солнце, покровитель гривастого Льва, — самый яркий объект природы. Стоя в центре планет, как Аполлон — в окружении муз, оно сотворило жизнь на нашей планете такой, какова она есть, и воплощает её величие и красоту. Солнце — центр нашей видимой Вселенной.

Но что является центром для человека? Какой объект Вселенной может быть притягательнее и великолепнее самого человека? Лучи солнца становятся короной царей, увенчивая их славу. И, как светило среди звезд и облаков, среди людей выделяются яркие личности — герои, покровителем которых в мифах выступает солнечный бог. Архетип Солнца воплощает достоинство человека. В отношении к человеку нет глубины большей, чем глубина солнечного архетипа. Он раскрывает красоту личности, указывает, в какой сфере индивидуальность обретает полноту, а человек — свое высокое предназначение, уподобляющее его Творцу.

В мифах герои смеют тягаться даже с царем богов. И сам Аполлон спорит с громовержцем-Зевсом. Однако как тучи закрывают солнце, так глава богов, воплощающий волю общества в целом, волю судьбы и истории, подчиняет стремления отдельной личности коллективному предначертанию. Высокие качества героя уходят в землю с его гибелью. И человек оценивается не по яркости его талантов и судьбы, которая конечна, а по способности давать другим, включаясь в коллективный исторический процесс.

 


ОБРАЗ: ЦИВИЛИЗАЦИЯ

 

На плоскогорьях Африки среди освещенных солнцем саванн, поросших разноцветием трав и кустарников, то здесь, то там были разбросаны небольшие перелески деревьев, в которых можно было укрыться от ветра и дождя. Они неосознанно напоминали человеку те джунгли, в которых он некогда жил — и из которых ушел, чтобы стать человеком. Чтобы создать свой мир: цивилизацию.

Люди никогда не был дикими: какими их рисуют последние века истории, стремясь оправдать собственное варварство. Люди всегда были людьми. Насколько хватало их сознания, они уважали кормилицу-природу, хоть и приходилось им её побеждать — и животных, как её истинных хозяев. Насколько хватало таланта, они изображали жизнь на высоких стенах своих уютных скальных жилищ: показывая трагизм смерти и возвышаясь над проблемами повседневного выживания — и не забывая отразить собственную красоту и достоинство, силу и ловкость. Насколько хватало чувства и памяти, они заботились друг о друге: в тяжелых условиях жизни и охоты благородно оберегая слабых, собирая лекарственные травы для раненых и больных и делая из них букеты цветов для умерших. Насколько позволяло время и заставляла нужда, они направляли энергию ума на совершенствование инструментов. Все более острыми становились их ножи и стрелы, все более удобной и мягкой — одежда, все более теплыми и чистыми — жилища, все более изящными — посуда и украшения. Всё это мы называем цивилизацией: зная о ней из археологических находок, а ещё — по собственному опыту.

Больше всего на свете человек любил строить. Можно считать это атавизмом, оставшимся в его многотысячелетнем сознании от трудолюбивых пчёл или муравьев. Но человек решил, что унаследовал эту способность от самой Вселенной, которая создала круги разноцветных звездных систем и многообразие твердых, жидких и газообразных планет. Она сотворила необозримую земную природу как огромный дом человека, где есть все, что нужно: с неисчислимыми видами минералов, растений и животных, как его огромное наследство. И люди тоже стали строить дома, обустраивая их на свой вкус: как свои миры, где есть все, что нужно.

Первые дома были круглыми: как защищающие опушки леса — как гулкие храмы пещер — как наша солнечная система. Когда-то в центре жилищ помещался очаг, подобный солнцу. А сегодня там висит лампочка — тоже светило, или разноцветная люстра, как целое звездное скопление. В древние времена люди садились вокруг костра, и от его тепла становилось хорошо на сердце. И если сегодня на природе зажечь костер, человек почувствует себя как дома.

Чтобы выстроить дом, нужно приложить мастерство: руки и голову, но самое главное — иметь желание: желание сердца. Оно дано людям, как желание посадить вокруг дома сад или истинным хозяином Земли воспитать ребенка. Это строительство давно простерлось в нематериальные сферы идейных концепций. Как деревья, в них растут художественные образы. И как дети, хранят память о человеке его дела. Но человек остается прежним. Ему нужен самый простой костер (камин или электрообогреватель), спелый плод и малыш с крепкими ножками, начинающий путь по земле — как начинали его люди в освещенных солнцем саваннах. Люди, уже тогда бывшие людьми.

 


МИФ ЛЬВА

 

Высшее назначение человека — это жить и быть Человеком. Человек — это звучит гордо. Человек царствует в мире, как среди зверей величием выделяется лев, как солнце сияет среди планет. В его сердце скрыт замысел будущего мира, в котором он хотел бы жить. Страстно желать — значит воплотить. Но воля человека спит и не знает о себе самой, пока её не разбудит любовь.

Миром правит любовь — для любимого человек становится Богом. Любовь высвечивает в человеке его совершенство, его высшую личность. Любое сердце стучит в ритме пульса задачи победы над смертью: которую одерживает человечество в целом. Но каждый исполняет её своим путём. Каждый творит свой собственный мир. Кто-то жаждет встречи с самим собой, чтобы раскрылся его талант: чтобы вылупилась из куколки его бабочка-душа. Кто-то осознает свое предназначение — свою судьбу, обретая своё дело и эмоциональные силы на борьбу за него. А где-то происходит встреча двоих и рождается их совместный мир: их мечта, их ребёнок, и через будущие поколения возникшая целостность оказывается в том новом мире, где реализованы их намерения. Мечты людей любовь передаёт миру будущего.

Теряя любовь, человек теряет силы на воплощение своего истинного свершения. Ведь его "я": его индивидуальное самосознание — лишь часть всеобщего процесса истории. Оно пробуждается, когда образуется целостность коллективного всеохвата истории, и гаснет, когда целостность нарушается. Так на рассвете встаёт солнце, а на закате прячется от глаз. Есть утро и вечер творения — их хранит день любви.

Коллективный разум создает историю — символизм своей эпохи, определяя принципы дальнейшего совершенствования бытия. Люди творят свой мир: это делают также животные и растения — но лишь человеку дано постичь этот процесс. Каким он будет, человеку подсказывает сердце. Разум сердца — центр связи индивидуальности с историей. Любое уникальное событие может рассматриваться с разных точек зрения. Но каждый конкретный человек даёт ему ту оценку, которая соответствует его эстетическим принципам культуры или научному уровню его мышления. Сумма этих точек зрения является основой коллективного разума и того, чем бытие должно стать в целом. И каждый человек определяет конкретику своей жизни. Чем выше его уровень, тем выше и разумнее будет уровень материального бытия вещей.

Историзм имеет в своей основе природный круговорот инстинктов и страстей, хотя история воплощает мысль, рождаемую ими. Мысль базируется на фундаменте чувства: поэтому история задана, и в ней достигается то величие человека, которое провозглашено изначально. Реализация каждого — триумф жизни в целом. Сердце человека бьётся в такт с его творческой задачей. Радость сердца указывает кратчайший путь к воплощению желаемого, она — ориентир и маяк себя самого в пучине жизненных бурь.

Любой человек стремится к счастью творчества, и в этом стремлении выходит за рамки своей отделённости к человеческому единению. Можно любить вещи, художественные замыслы и научные идеи — но истинная любовь должна быть направлена лишь на человека: не на те внутренние ценности, которые он может вынести вовне, а на него самого. Истинная любовь обожествляет любимого, но не видит в нём кумира. Пока историю творят кумиры, их страсти разрушают жизнь. Страсть — источник энергии жизни, и потому в мире существует страдание. Но люди учатся любить друг друга, освобождаясь от страстей и храня друг друга. Бог и религия — а также культура в целом: интегрирующая личность,— помогают нам искать пути, чтобы избавиться от того слепого жизненного порыва, который, устремляя с земли на небеса, в блаженстве жизни заставляет забыть о реальных недостатках земной истории.

Мощь материи уступает силе Человека, изменяющего мир. Утверждение высокого назначения человека определяет равенство людей на Земле в построении земного рая.

 


ФИЛОСОФИЯ ЛЬВА

"Человек человеку Бог."

Л.Фейербах


ВЫСОКАЯ МИССИЯ ЧЕЛОВЕКА

 

Знак Льва делает центром своей философии Человека: самую самодостаточную и одновременно разумную единицу жизни, которую нам дано постичь. "Тайна теологии — в антропологии,"— говорит Фейербах, и учение антропологического материализма, отраженное в словах: "Человек человеку Бог"— раскрывает философию этого знака. Один из основоположников философской антропологии, Лев Шелер пишет: "Для нас основное отношение человека к мировой основе в том, что эта основа непосредственно постигает и осуществляет себя в самом человеке."[1]

Человека превозносит и Шелли в книге, по-львовски названной им "Триумф жизни": "Человек! Не забывай более о своём высоком назначении. Это объявляет тебе тот, кто знает в чем твоё достоинство, ведь каждый час его сердце преисполняется почётной гордостью за тебя." Человек — единственное создание, которому дано не только следовать гармонии природы, но и желать высшего. Жизнь достигает триумфа в сотворении человека.

Лев рождён во время созревания плодов, в полноте природного бытия, создающего благоприятные условия для проявления всякого индивидуального существования. И потому человек для него — царь мира. Материальная полнота бытия позволяет этому знаку реализовать идею всеохвата жизни: которую символизирует Солнце, являющееся центром нашего видимого мира. Это подтверждают слова Фейербаха: "Истина — не в мышлении и не в знании. Истина — в полноте человеческой жизни и существа."

В самореализации человека видит задачу психоанализа Юнг: для обозначения процесса достижения цельности и полноты личности он вводит термин "индивидуации". Индивидуация — переход от жизни, ограниченной исполнением некой социальной роли, к более самосознательному существованию, когда прежние стандарты, воспринятые из общества или от родителей, перестают удовлетворять человека. Отвергая формальное рациональное здравомыслие, он обращается к глубинам подсознания: души, где скрыты корни его индивидуальности (которую нащупывает предыдущий знак Рака). Интегрируя содержание внутреннего и внешнего опыта, человек обретает новый личностный центр, на который он опирается теперь так же, как прежде — на социальные стандарты. И новая личность, родившаяся в нем на основе жизни его души, делает его существование творчески наполненным и полноценным.

Когда личность обретает свой собственный центр, она способна воспринимать и задействовать всё больший внешний опыт, вовлекаемый в её орбиту, и эта возникшая открытость миру, взаимодействие с ним, приносит ощущение полноты бытия. Раньше человек сознательно или бессознательно отвергал все, что не входило в рамки писаных и неписаных норм, на счет чего он не имел понятия и готового решения. Теперь же он способен оперировать и с неведомым: нет ничего, что в этом мире было бы ему закрыто или недоступно — и, конечно, такое восприятие жизни, делающее человека центром Вселенной и царем природы, более полноценно, чем роль винтика в механизме общественного предопределения, или природная задача родовоспроизводителей (по определению Юнга, роль петуха и наседки, занятых своими цыплятами). Понятно, что речь здесь идет о самосознании человека (согласно термину Юнга, возникновении самости); и прежде всего об отношении к жизни — но в данном случае самосознание (в отличие от просто сознания) действительно предопределяет и изменяет бытие, приводя к более высокому уровню существования.

Лев Чернышевский в книге "Что делать?" также ищет пути того, как личность может более творчески и полноценно проявить себя, даже среди, казалось бы, сковывающих её социальных ограничений. Надо заметить, что и Чернышевский, и Юнг, конечно, и своей собственной жизнью воплощали неформальный и творческий подход к стоящим перед ними проблемам (хотя первому это стоило тюрьмы, а второму — разрыва с учителем Фрейдом). Но способность знака Льва идти своим, героическим, путем: данная ему от природы опора на собственную индивидуальность — как раз и указывают на высокое достоинство человека, позволяют раскрыть его высшее предначертание и явить триумф жизни, возвысившейся над своей животно-природной основой — за счет человеческого разума.

В себе, своей индивидуальной самости, в своем самосознании Лев находит ту незыблемость, которую ищет Рак как вечность жизни и бессмертие души. На неё опирается Лев Кассирер, развивая идеи древних греков: "Все, что приходит к человеку извне, ничтожно и пусто. Его сущность не зависит от внешних обстоятельств — она зависит исключительно от того, как он оценивает самого себя."[2] "Человек доказал присущую ему способность критической мысли, суждению, различению, поняв, что ведущая сторона в этом различении — "Я", а не Универсум. Я, единожды обретшее свою внутреннюю форму, сохраняет эту форму в неизменности и невозмутимости",— говорит Кассирер, приводя цитату Марка Аврелия: "Шар, поскольку он существует, не может лишиться своей круглоты".[3]

Согласно Кассиреру обретение своей сущности (аналогичной центру самости, о котором говорит Юнг) также достигается через самоосознание. И его философия подчеркивает присущую Льву опору на разум (не на чувство): "Сама жизнь неустойчива и переменчива, но истинная ценность пребудет в вечном порядке, не допускающем перемен. И отнюдь не чувствами, но только силой нашего суждения мы можем постичь этот порядок. Сила суждения — основная сила человека, общий источник истины и морали. Ибо только в этом человек целиком зависит от самого себя, здесь он свободен, автономен, самодостаточен."[4]

 

 


ЕДИНСТВО РАЗУМА И МАТЕРИИ

 

В человеке стыкуются понятия бытия и сознания, разнесенные для интеллектуальной философии Близнецов и предыдущих весенних знаков. Эти основополагающие абстрактные понятия Рак связывает гибким определением жизни. Можно сомневаться, присуща ли сознательность всей живой природе — но это несомненно так, когда мы говорим о человеке.

В человеке мышление и бытиё неразделимы. "Только реальное существо мыслит реальные вещи",— пишет Фейербах, споря с кажущейся дихотомией сознания и бытия. Отсюда вывод, к которому приходит Фейербах: "От материи нельзя отречься, не отрекаясь от разума; её нельзя признать, не признавая разума". "Тело как единство физических и психических функций — факт безусловной значимости,"— пишет Шелер. Может показаться, что телесность как опора познания — современное веяние, но приведем слова философа-Льва XVII века Мальбранша: "Мы должны точно соблюдать правило судить по чувствам не о том, что такое вещи сами в себе, но только о том, какое отношение они имеют к нашему телу, так как на самом деле чувства даны нам не ради познания истины вещей самих в себе, а лишь для сохранения тела."[5]

Для Льва разумность предполагает материализм: как творческую обращённость человека к миру. Кардинальный знак Рака растворяет сознание в материи, чтобы были выявлены отдельные субъекты бытия: он задаёт идею собственной эволюции каждого из них. В устойчивом знаке Льва это разделённое на части сознание, обнаружившее свой центр в каждом объекте, стремится приподняться над собой и достичь прежней цельности, превозмогая обособленность материи и преобразуя её.

Человек — венец Вселенной. Хотя для Фейербаха или Чернышевского человек — не божественное творение, а лишь наиболее совершенная часть природы: "Человек должен вести свое происхождение не от неба, а от земли, не от Бога, а от природы, должен начинать свою жизнь и мышление вместе с природой... Природа есть причина себя самой, существо самостоятельное, объяснимое лишь из себя и производимое из себя."[6] Организм человека един и целостен так, как едина и целостна Вселенная. Т.о. философия Льва фиксирует средневековый принцип антропоцентризма: Микрокосм равен Макрокосму. (Даже если мы не так уж хорошо живем, то ведь и Вселенная не без недостатков! в космосе происходят катаклизмы.) Но человек превосходит природу тем, что может всё изменить: саму природу делая совершенней. Таким образом, Микрокосм превосходит Макрокосм. Человек — "живое существо, превосходящее себя и мир,"[7]— пишет Шелер.

Разум человека, служащий единственной точкой отсчета всего, ставит его в центр мира. Бесконечные возможности природы лишь подчеркивают его величие: "Бесконечный универсум не полагает границ человеческому разуму — напротив, он побуждает разум к движению. Человеческий интеллект осознает собственную бесконечность, соразмеряя свои силы с бесконечным универсумом,"[8]— говорит Кассирер, доказывая, что наделенный разумом человек выше природы: она не имеет точки отсчета и, значит, цели, человек же имеет её. Или: многообразие видов явилось результатом простой изменчивости — человек же сознательно применяет отбор в своих целях.

В отличие от животных, человек сам творит свой мир и, значит, сам способен справиться с его недостатками — что отражает основанная на философской антропологии теория "разумного эгоизма" Чернышевского. "Эгоизма"— что говорит об обособленности и самодостаточности, максимальной индивидуализации человека, достигаемой знаком Льва. Но "разумного"— и это подразумевает его стремление к высшему уровню существования.

В своем концепции Чернышевский отталкивается от Фейербаха, который пишет: "Я понимаю под эгоизмом любовь человека к самому себе, то есть к человеческому существу; я понимаю под эгоизмом любовь к себе подобным индивидуумам — потому что я могу любить лишь то, что отвечает моему идеалу, моему чувству, моему существу." "К чему сводится мой принцип? К Я и другому Я, к "эгоизму" и "коммунизму", ибо то и другое с друг другом связаны, как голова и сердце. Без эгоизма у тебя не будет головы, без коммунизма — сердца..."[9]

Кассирер, Фейербах или Чернышевский утверждают приоритет разума человека над его импульсивной волей, слепым желанием, неосознанной природой. Разум для Льва — не просто рефлексия, свойственная уже низшим формам жизни, а человеческая способность увидеть более высокий уровень и цель бытия и запечатлеть их в мифе и символе, формирующим основы культуры. Именно этот, творческий, разум уподобляет человека Богу.

Кассирер определяет человека как "животное, создающее символы": "Разум — очень неадекватный термин для всеохватывающего обозначения форм человеческой культурной жизни во всем её богатстве и разнообразии. Но все эти формы суть символические формы. Вместо того чтобы определять человека как animal rationale, мы должны определить его как animal symbolicum. Именно так мы можем обозначить его специфическое отличие и понять новый путь, открытый человеку — путь цивилизации".[10]

Философ называет символ ключом к пониманию природы человека. Он опирается на биологическое многообразие жизни (предыдущий архетип Рака): каждый вид, каждый организм представляет обособленную монаду. У него есть свой собственный мир, поскольку имеется свой собственный опыт. Явления, которые мы обнаруживаем в жизни некоторых видов, не могут быть перенесены ни в какие другие. Какова же особенность человеческого вида? "У человека между системой рецепторов и эффекторов, которые есть у животных, есть третье звено, которое можно назвать символической системой. Это новое приобретение преобразило всю человеческую жизнь. По сравнению с другими животными человек не просто живет в более широкой реальности — он живет как бы в новом измерении реальности."[11]

С помощью символической системы разум организует мир вокруг себя: "Человек отныне живет не только в физическом, но и в символическом универсуме. Язык, миф, искусство, религия — части этого универсума, то есть разные нити, из которых сплетается символическая сеть, сложная ткань человеческого опыта. Весь человеческий прогресс в мышлении и опыте утончает и одновременно укрепляет эту сеть."[12]

Правда, это имеет и обратную сторону медали: "Вместо того чтобы обратиться к самим вещам, человек постоянно обращен на самого себя. Он настолько погружен в лингвистические формы, художественные образы, мифические символы или религиозные ритуалы, что не может ничего видеть и знать без вмешательства этого искусственного посредника. Даже в практической сфере человек не может жить в мире строгих фактов или сообразно со своими непосредственными желаниями и потребностями. Он живет скорее среди воображаемых эмоций, в надеждах и страхах, среди иллюзий и утрат, среди собственных фантазий и грез."[13]

Но, в отличие от Близнецов, Лев не ставит задачу вывести человека из его вневещественного мира, поскольку в нем заключается человеческое созидание, позволяющее моделировать культуру и цивилизацию. Человек не живет в мире природы и мире вещей, но в этом и есть его отличие от животного. В символическую реальность человек вкладывает свою творческую, жизненную энергию, потому и может в ней полноценно существовать: жить, так как в этом и заключается собственно человеческая жизнь. (А вовсе не в обработке предметной реальности более-менее совершенным инструментарием, как мы привыкли считать согласно марксистско-ленинской философии: такое представление не раскроет нам высокой миссии человека, уподобив его муравью, но не микрокосму.)

Льва Шелера волнует тот же вопрос, что и Кассирера: чем отличается сознание человека и животного? И он приходит к тому же выводу, что между ними существует качественная разница: "Сущность человека возвышается над тем, что называют интеллектом и способностью к выбору... Новый принцип, делающий человека человеком, лежит вне всего того, что в самом широком смысле, с внутренне-психической или внешне-витальной стороны мы можем назвать жизнью. То, что делает человека человеком, есть принцип, противоположный всей жизни вообще, он несводим к "естественной эволюции жизни", и если его к чему-то можно возвести, то только к высшей основе самих вещей, частной манифестацией которой является и "жизнь". Уже греки отстаивали такой принцип и называли его "разумом". Мы хотели бы употребить для обозначения этого X более широкое по смыслу слово, которое заключает в себе понятие разума, но наряду с мышлением в идеях охватывает созерцание первофеноменов или сущностных содержаний, эмоциональных или волевых актов,— слово дух."[14]

 

Итак, разум в философии Льва выступает как данный лишь человеку творческий принцип. Можно назвать львовское понятие разума самосознанием: в отличие от сознания, как говорилось выше,— и отделить от рассудка, как уже формальных социальных стереотипов, утерявших свой творческий элемент. Астрологически же разумное начало, о котором говорит Лев, будет описывать Солнце: которое в организме заведует не интеллектом, но сердцем — и единством, целостностью мышления. Мыслить сердцем, мыслить всем телом — этот идеал, провозглашенный ранее Близнецами (Паскалем и Кришнамурти), реализует знак Льва через жизненное творчество. Характерной иллюстрацией этого служит интегральная йога Шри Ауробиндо, родившегося под этим знаком. Её основа — поток энергии сознания, но цель — преображение тела.

Разум говорит о том, что тело должно стать духовным, полностью сознательным и бессмертным, подобно сознанию; разум повелевает ему это. Разум правит материей во всех её формах; он может делать это даже непосредственно — это философское кредо знака Льва воплощает учение Шри Ауробиндо. Интегральная йога реализует ту же идею, которую в отношении религии сформулировал Людвиг Фейербах: "К нашему идеалу должно относиться не только спасение души, не только духовное совершенство, но совершенство телесное, телесное благополучие и здоровье."[15]

 

Итак, понятие разума, которым мы обозначаем отличие человека от животных, не сводится к интеллекту. Это единство сознания и материи, которое выявляет творящий дух предстает как единство разума, воли и сердца у Фейербаха. Основоположника философской антропологии также волнует вопрос отличия человека от животного: "Каковы отличительные признаки истинно человеческого в человеке? Разум, воля и сердце. Совершенный человек обладает силой мышления, силой воли и силой чувства. Сила мышления есть свет познания, сила воли — энергия характера, сила чувства — любовь." "Человек отличается от животных только тем, что он — живая превосходная степень сенсуализма, всечувственнейшее существо в мире... в нем чувственное ощущение из относительной, низшим жизненным целям подчиненной сущности становится сущностью абсолютной, самоцелью, самонаслаждением."[16]

В последней цитате, где Фейербах во главу угла ставит чувство, проступает опора на предыдущий архетип: на желание души, которое творит будущее, отражаемый астрологическим девизом Льва "я желаю и воплощаю". Фейербах говорит об этом так: "Интимнейшую сущность человека выражает не положение: "я мыслю, следовательно существую", а положение "я хочу, следовательно существую".[17] Таков девиз не сознания отражающего, но сознания творящего.

 

В человеческом мышлении от создавшего его бытия заложены принципы построения мира: и человек задаёт принципы будущего бытия, творя историю и создавая сферу культуры. Символы культуры — высшие материальные ценности мира, отражающие божественное творчество человеческого разума. Юнг, изучая сферу бессознательного, обращается к коллективному опыту, который творит универсалии истории: мифы, доносящие до нас откровения древности, и архетипы, составляющие современный разум культуры. Создавая историю и цивилизацию, разум видоизменяет материю. И в этом смысле правомерно говорить если не о единстве разума и материи, то, во всяком случае, — единстве разума и энергии.

В символизме астрологии Солнце — источник как физической, так и духовной энергии. Сердце — энергетический центр, мотор организма; человеческий разум обладает всей его энергией. Он вкладывает эту энергию в мифы и символы, и они живут в культуре, творят общественную жизнь и дают силу человечеству жить его человеческими (а не животными) устремлениями и мечтами. Но когда человек перестает мыслить разумом, затрагивающим центр его личности, и возвращается к природной рефлексии-отражению (свойственному и неживым объектам, вовсе не осознающим себя), его мышление становится плоским, слова — лишенными жизненной силы, а само существование теряет осмысленность и полноту. Об этом сожалеет Юнг, говоря о великой роли символов и мифов:

"В прежние века, когда инстинктивные понятия наполняли разум человека, его сознание, несомненно могло объединить их в соответствующую психическую модель, образ. Но "цивилизованный" человек на это более не способен. Его "развитое" сознание лишило себя тех средств, с помощью которых оно вбирало в себя вклад инстинктов и подсознания. Этими средствами интеграции были божественные символы, свято сохраняемые общим согласием.

Сегодня, к примеру, мы говорим о "материи", мы описываем её физические свойства. Мы проводим лабораторные эксперименты, чтобы продемонстрировать некоторые из этих свойств. Но слово "материя" остается сухим, внечеловеческим, чисто интеллектуальным понятием без какого-либо психического содержания. Насколько разительно отличается прежний образ материи — Великой Матери, который мог вместить в себя и выразить глубокий эмоциональный смысл Матери-Земли. То же самое и с "духом", который теперь отождествляется с интеллектом и перестает быть Отцом всего. Он генерировал до ограниченных эго-намерений человека, а колоссальная эмоциональная энергия, выраженная в образе "нашего Отца", ушла в песок интеллектуальной пустыни.

С ростом научного взгляда наш мир всё более дегуманизируется. Человек чувствует себя изолированным в Космосе, потому что теперь он отделен от природы, не включен в неё органически и утратил свою "бессознательную идентичность" с природными явлениями. Постепенно они потеряли свой символический смысл. Теперь уже гром — не голос рассерженного Бога, а молния — не его карающая стрела. В реке не живет дух, в дереве не пребывает жизненная суть человека, змея не воплощает мудрость, а горная пещера больше не жилище великого демона. Уже не слышит человек голоса камней и не беседует с ними, веря, что они слышат. Его контакт с природой исчез, а с ним ушла и глубокая эмоциональная энергия, которую давала эта символическая связь."[18]

Глубина прошлого дает проекцию в будущее, и это позволяет воспринимать современный мир более ярким. Символизм дополняет его тем, чего он оказался лишен, будучи отрезан от природы и замкнут в лоно цивилизации. Символическая полнота и нечленимость, ощущение причастности к единому истоку дает энергию и человеческую свободу расчленять и преобразовывать существующее.

Архетип философии Льва учит мыслить разумом сердца, чтобы воспринимать жизнь целостно, чтобы творить. "Только тогда историческое движение затрагивает самое основное, когда оно захватывает человеческое сердце",[19] — пишет Фейербах. Мы не раз упоминали слово "творчество" в архетипе Тельца, и следует отметить различие созидания для Тельца и Льва. Телец в опоре на уникальность личности оформляет базу сознания: он творит прежде всего объективность мысли; а личность для него предстает как неизменная данность. Лев же творит собственную индивидуальность как базу материального преобразования внешнего мира: чтобы это преобразование обеспечило в свою очередь развитие личности. В этом замкнутом на себя круговом процессе — самодостаточность Льва.

Лев строит жизненное творчество на основе мобилизации внутренних, материальных, сил и исторического фундамента. Шелер пишет об этом: "Поток деятельных сил, который один только и способен полагать тут-бытие, течет в мире, где мы обитаем, не сверху вниз, но снизу вверх!" Растение более самодостаточно, чем животное, которое зависит от его существования, а жизненный процесс осуществляется силами неорганического мира: "Низшее изначально является мощным, высшее бессильным... Изначально у духа нет собственной энергии".[20] Только жизнь способна привести в действие и осуществить дух (разум). Взаимопроникновение бесплотного духа и демонического порыва мировой истории, материальной энергии её жизненных инстинктов, ведет к оживотворению духа идеи, что и является высшей целью человека. Этот процесс становления мира телом вечного духа, по Шелеру, есть самоосуществление божества.

 


ТВОРЕНИЕ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ

 

Разум человека творит культуру и цивилизацию; культура обеспечивает развитие индивидуальности. Это энергетически наполненный процесс: максимально энергетически ёмкий из известных! (что астрологически соответствует экзальтации во Льве планеты скрытого потенциала Плутона, которой подходит эпитет "демонический") — имеет взаимообратное влияние. Но для лучшего понимания архетипа Льва укажем, что опора в этом процессе — индивидуальный разум (природной монады), а коллективное развитие, формирующее историю и цивилизацию, предстает как цель, но не как данность.

За это Телец Маркс критиковал Фейербаха, отмечая, что у него человеческая сущность выступает "как внутренняя, немая всеобщность, связующая множество индивидов только природными узами" — а не общественными. База единства: единое сознание, априори присутствующее для весенних знаков, — для летних оказывается утрачена. Каждый разум, прорастающий из глубины материи, заявляет свой собственный закон. Коллективное объединение, столь естественное и доступное для Тельца, для Льва предстает проблемным. Ведь следует сознательно и внешне найти то, что прежде объединяло бессознательно и изнутри.

Для того чтобы выйти здесь от индивидуального к всеобщему, надо целостно представить самого человека — такую задачу ставит во главу угла философии Шелер: "Никогда ещё человек не был более проблематичным для себя самого, чем в наши дни. У нас есть научная, философская и теоретическая антропология, каждая из которых ничего не знает о других. Возрастающее число частных наук, занятых изучением человека, скорее пугает и затемняет, чем освещает понятие человека."[21] Отвечая на вопрос, что представляет собой человеческая личность, Шелер определяет её как "деятельный центр, в котором дух является внутри конечных сфер бытия". Это понятие сходно с монадой.

Определение личности у Шелера как духовного центра лежит в русле солнечного архетипа, его акцента на самодостаточности, отдельности и одновременно мощной внутренней энергии. Из такого определения непосредственно следует "экзистенциальная независимость от органического, свобода, отрешенность от принуждения и давления, от всего, что относится к "жизни" (в данном случае, природе), в том числе и от собственного, связанного с влечениями интеллекта (вспомним, что для Льва интеллект — животная функция, в отличие от человеческого разума, который Шелер предпочитает называть духом). Архетипически образ духа соответствует планете небесного творца-Урана, к ведению Солнца и Урана относится и свобода. Для архетипа Урана это свобода проявления (свобода творить), для Солнца — свобода самодостаточности. И у Шелера "духовное существо" больше не привязано к внутренним влечениям и окружающему миру, а свободно от них — но одновременно "открыто миру". "Личность человека следует мыслить как центр, возвышающийся над противоположностью организма и окружающего мира,"[22] — пишет Шелер.

О достижении той же свободы говорит и Юнг в процессе индивидуации, когда координирующая и направляющая сила личности переходит от власти разума, обусловленного внешними социальными тенденциями, к созидаемому внутри собственному духовному центру. "Это как если бы руководство жизни исходило из одного невидимого центра... и в этом освобождение от всякого принуждения и невозможной ответственности, что является неизбежным результатом прикосновения к мистическому."[23]

Для психоаналитика Юнга проблема развития индивидуальности — в созидании центра личности, для философа Шелера он дан человеку изначально, как его отличие от животных. Возможно потому, что Юнг с самого начала ищет такой центр личности, который бы содержал в себе всеобщее, связывая человека с другими людьми. Для Шелера изначальная задача более проста — увидеть в человеке творца. Можно наметить три понятия центра индивидуальности, каждое из которых имеет всё большую орбиту взаимодействия с реальностью: 1) самодостаточность жизни, 2) творческий разум и 3) духовный абсолют — хотя само центрирование, по всей вероятности, происходит в одной и той же точке личности, которую мы нащупываем и осмысливаем как наше самосознание. У Шелера мы находим львовское определение жизни через самодостаточность: "живое существо —это X, который сам себя ограничивает".[24]

Благодаря наличию ядра реальности человек ощущает единство пространства; и ему даны пустые формы времени и пространства, которые он сам наполняет. Не обстоятельства диктуют свою волю человеку, но человек обладает тем бытием, в котором он существует: которое он строит для себя. И духовно оформляя мир вокруг себя, он наделяет предметы вокруг себя своей духовностью, божественностью, целостностью, самодостаточностью. "У такого [духовного] существа есть "мир". Изначально данные ему центры "сопротивления" и реакции окружающего мира, в котором экстатически растворяется животное, оно способно возвысить до "предметов", способно постигать само-бытие этих предметов [исходя из них самих: здесь можно вспомнить и Кассирера, приводящего биологическую концепцию, согласно которой то, что существует для одного вида животных, просто не существует для другого — у каждого свой особый мир]. Поэтому дух есть предметность, определимость бытием самих вещей,"[25] — пишет Шелер, возвращая нас к тождеству духовного и материального, которое архетипически символизирует энергия Солнца.

Человеческая открытость миру в том, если животное замкнуто в границах реальности, человек своим духовным импульсом создает и меняет предметную реальность вокруг себя: этот импульс проходит насквозь мир вещей к собственно человеческой цели. Шелер пишет, что человек опредмечивает даже собственное психическое состояние и переживание, лишь поэтому он способен также и свободно отвергнуть жизнь (себя как внешний для духовного стремления предмет) — и из астрологической статистики известно, что Лев — знак, наиболее склонный к самоубийствам. Требование выхода из своей самодостаточности к открытости миру побуждает Льва изменять предмет своей личности (отчего этому знаку органично присуща потребность к самосовершенствованию). Но в крайнем случае преодоления тех ограничений, которые всегда накладывает жизнь, логическим выходом может видеться смерть. (Это отражает "падение" в знаке Льва планеты веры Нептуна, не оставляющее этому рациональному знаку надежды на чудо, выводящее за рамки постижимого: характерно, что позиция Нептуна во Льве знаменовала утверждение атеизма в нашей стране.)

Но философия тем и характерна, что выявляет органическое дополнение сущностному определению: таким дополнением к самодостаточной предметности является движение духа (архетип Урана противоположного знака Водолея). Ещё раз процитируем Шелера: "Дух есть единственное бытие, которое не может само стать предметом, и он есть чистая актуальность, его бытие состоит лишь в свободном осуществлении его актов. Центр духа, личность, таким образом, не является ни предметным, ни вещественным бытием, но есть лишь постоянно самоосуществляющееся в себе самом упорядоченное строение актов."[26]

Для Льва, утверждающего самодостаточность всего, характерен тот дуализм духа и мира (точнее идей духа и предметов мира), который мы найдем и у противоположного знака Водолея. Для Мальбранша материя и мыслящий дух абсолютно разграничены: он считал, что эти две субстанции не могут воздействовать друг на друга в силу различия их природы — правда, при участии божественной воли их взаимодействие осуществляется. Ближе к нашему времени, когда божественное участие заменяется человеческим, Шелер пишет: "Идеи существуют не до вещей, не в них и не после них, но вместе с ними и производятся лишь в акте постоянной реализации мира. Поэтому и наше соучастие в этих актах, поскольку мы мыслим идеи не есть простое отыскание или открытие независимо от нас сущего, но истинное со-порождение идей из первоистока самих вещей".[27]

И всё же больший акцент у Льва несет материя, а не идея. В этом смысле Шелер критикует идеалистические тенденции созданной Тельцами (знаком зачатия Водолея) классическую философию: "Классическая теория страдает заблуждением, будто духу и идее присуща изначальная власть... Оно глубоко, принципиально связано с образом мира в целом: оно состоит в предположении, что мир изначально и постоянно упорядочен так, что формы бытия, чем они выше, тем больше возрастают не только в ценности и смысле, но и в своей силе и власти."[28]

Можно видеть здесь и отвергание предустановленной гармонии предыдущего знака Рака, на основе максимы Льва: человек способен изменить всё, сколь бы божественным ни был миропорядок. Как утверждает Фейербах, "сила сердца преобладает над силой природы, потребность сердца есть абсолютная необходимость, судьба мира. Молитва изменяет естественный ход вещей, она побуждает Бога совершать действия, противоречащие законам природы".[29] Но изначальная природная закономерность отражает божественное предначертание — в силу непрерывности жизни и истории, которую утверждает архетип Рака. А если это так, тогда и божественное подвержено изменению. И Шелер выдвигает идею становящегося Бога: человек участвует, таким образом, не только в преобразовании мира, но и в преобразовании абсолютного.

Фейербах наиболее радикально сформулировал тезис о необходимости изменения характера веры, в стиле позитивных идей науки своего времени: "Вера в Бога есть не что иное, как вера человека в самого себя... ныне нашей задачей является превратить это бессознательное, извращенное, фанатичное почитание в почитание сознательное, честное и разумное... Наш идеал — не лишенное телесности, отвлеченное существо, а цельный, действительный, всесторонний, совершенный, образованный человек."[30] Этот тезис стал основой атеизма классиков марксизма. Но тот же идеал мы находим в многогранной философии и самой неподражаемой личности Е. П. Блаватской, рожденной под знаком Льва. Её знак дал ей возможность совершить всеохват символизма мировых религий, обратившись к их архаическим, историческим корням. И её разумный подход к духовному настолько смел, что над ним будут ломать голову ещё поколения её почитателей: он выходит далеко за грань традиционного отношения к религии — и несомненно выводит на новую орбиту понятие божественного в человеке.

Философ-Лев не оставляет ничего статично неизменного: как мы уже сказали, динамике подвержен даже центр собственного "я", дающий нам идею о несомненности существования. Эволюционная идея, как и понятие движения духа, является принадлежностью архетипа Водолея, дополняющего самодостаточность Льва. (Эта роль Урана у мыслителей-Львов отличает их от тех представителей этого знака, которые не склонны к осмыслению жизни в её движении, а овладевают миром в готовом виде, в его статике — и потом страдают от того, что времена меняются и лишают их упроченного царствования, которое они, казалось, заслужили.)

Создатель первого целостного учения об эволюции органического мира: Ламарк, главный предшественник Дарвина,— неслучайно родился под знаком Льва (а Дарвин — Водолей). Стремясь вывести универсальные законы эволюции, Ламарк выдвинул идею всеобщей приспособляемости к среде и постепенного усложнения организмов, а также их непрерывного совершенствования (для Льва мир предстает как совершенствующий себя — по аналогии с Человеком).

Эволюционный подход близок Юнгу, который выдвигает идею эволюции сознания и души: "Человек развивал своё мышление медленно и трудно. Потребовались бессчетные века, чтобы достичь цивилизованного состояния (которое произвольно датируется со времени изобретения письменности около 4 000 лет до н.э.). Эта эволюция и сейчас далека от завершения, поскольку значительные области человеческого сознания погружены в темноту. То, что мы называем психикой, "душой", ни в коей мере не ограничивается доступным нам содержанием нашего разума."[31] Человеческое совершенство впереди — на этом всегда стоит сделать акцент, когда мы ставим по-львовски Человека в центр философии — в центр мира.

История мифологии показывает, что с точки зрения этой эволюции наше осознание себя самостоятельно мыслящими людьми: такое поразительное самосознание "я" — один из самых новых архетипов. Какая пропасть между ним и животным миром — оно могло возникнуть не иначе, как чудом! Но чудом было бы, если бы оно возникло мгновенно и из ничего, минуя земные законы времени. А мифы описывают те времена, когда сознания "я", которым мы сегодня гордимся как разумом, в современном смысле слова ещё не существовало. И даже инопланетяне не смогли бы заронить искру внеземного разума на Землю, если бы на ней уже не было разумных людей, как не смогли бы вдохнуть в глиняную статую человеческие чувства. Образы инопланетян — попытка осмыслить образ нашего интеллекта, как и средневековые ангелы — попытка представить образ души. Само изменение образов носителей божьей искры сознания свидетельствует о его эволюции.

По Шелеру эволюция человеческого самосознания — принципа центрирования сознания, привела к возникновению присущей лишь человеку способности идеации — т.е. понимания с первого раза: "Идеация означает постижение сущностных форм построения мира на одном примере соответствующей сферы, независимо от числа совершаемых наблюдений и индуктивных заключений."[32] Это действительно интересная способность человека — убедиться в чем-то, что не доказывает опыт, статистика или причинно-следственный вывод, и знание о чем не дает наша инстинктивная интуиция. Это — способность постижения на основе целостной картины, которой не обладают животные, и она выходит за рамки и научно-технического, рационального знания, и чувственного опыта. Это способность ближе к суждению на основе тождества и сопоставления по аналогии предметов на основе того единства, мерой которого является человек.

Шелер пишет: "Для человека существенно не то, что он обладает знанием, как говорил уже Лейбниц, но то, что обладает сущностью а priori, или способен овладеть ею. При этом не существует постоянной организации разума, как её предполагал Кант; напротив, она принципиально подвержена историческому изменению. Постоянен только сам разум как способность образовывать все новые формы мышления и созерцания, любви и оценки."[33]

 

 

ЛЮБОВЬ К ЛЮДЯМ

 

Поскольку в центре философии Льва — человек, основная сфера его философского творчества — антропология. А также история, мифология, культурология и психология, описывающие индивидуальные и коллективные возможности людей; и религия в том плане, в каком она способствует раскрытию душевной и духовной полноты человека, его индивидуальности и его потенциала к коллективному движению. Лев — знак развития индивидуальных талантов на основе достигнутого уровня культуры. Исключением не являются такие Львы, как Шри Ауробиндо и Елена Блаватская: целью обоих был всеохват прежней религиозной традиции в применении к индивидуальным возможностям человека. К культурным традициям религии и оккультизма обращался и Юнг: в собственной жизни прослеживая действие религиозных символов и общемирового синхронизма мыслей и поступков людей.

Философски развитие индивидуальности есть эволюция самосознания. Она происходит в отдельной личности и одновременно в человечестве, поскольку для эволюции не важно, сколько особей совершили переход к качественно новому образу самопонимания и, следовательно, жизни: важно, что переход произошел. Философ-Лев говорит о Человеке, как о лучшем представителе человечества, пусть даже 99% людей не осознают своей высокой роли. "Когда человек стал человеком, он с внутренней необходимостью должен также постигнуть идею надмирного, бесконечного и абсолютного бытия. Он больше не может сказать: "Я часть мира, замкнут в нем", ибо актуальное бытие его духа и личности превосходит даже формы бытия этого "мира" в пространстве и времени. И так он всматривается как бы в ничто",[34] — пишет Шелер. И он совершенно прав в том, что понятие себя как бесконечного и абсолютного, как целого мира органически присуще каждому человеку, задумывался ли об этом его интеллект или нет. Это так потому, что человечество, телесно и духовно, являет единое целое. А прорастающий в материи разум обладает тем свойством, что все, присущее целому, присуще и его частям, поскольку они сами являют целостность. Являет ли целостность обособленный человек? Конечно: и львовский критерий этого, прежде всего — его телесная самодостаточность.

В созидании своего собственного мира материи, в преображении существующей действительности, человек может сказать "нет" устроенному бытию. Это героическое превосходство над миром, доходящее до отрицания реальности, как она нам является, и утверждение собственного видения в мифах отражает архетипический конфликт Солнца с Юпитером (солнечного бога или героев — с царями и мировыми законами); и экзальтация во Льве Плутона, планеты трансформации.— Отрицание героем мира во имя трансформации более подробно раскрывает архетип Плутона и философия Скорпиона (например, "бунтующий человек" Камю).

Способность опираться не только на совершенство бытия: на ту предустановленную гармонию, которую предчувствует Рак и которую обретает Лев как свою природную данность — но и на само становление — делает образ центра личности, ядра индивидуальности и Человека как средоточия Вселенной насквозь прозрачным, трансцендентным — что не мешает ему оставаться центром, смыслом и целью. Шелер так говорит об этом новом понимании антропоцентризма, сделавшем шаг вперед от статики средневекового и античного понимания человека как Микрокосма и меры вещей: "В тот самый момент, когда становящийся человек разрушил свойственные всей предшествующей ему животной жизни методы приспособления к окружающей среде и избрал противоположный путь: путь приспособления открытого мира к себе и своей ставшей органически стабильной жизни; в тот самый момент, когда человек поставил себя вне природы, чтобы сделать её предметом своего господства и нового — художественного и знакового принципа — он должен был как-то укоренить свой центр вне и по ту сторону мира."[35] Шелер здесь смыкает ядро бытия человеческой личности с философским понятием Ничто, однако надо добавить, что это Ничто творящее или являющее то пустое пространство, которое необходимо для всякого нового творения, как мифическое отделение Неба от Земли ради того, чтобы они существовали.

Как можно опереться на пустоту? Как делает само наше сознание, которому отрицание дает толчок двигаться дальше. И религии недаром говорят, что наша личность — ничто, по сравнению с полнотою Бога. Только являя собой абсолютную пустоту, она может вместить в себя всё. Это не нужно принимать на веру или волевым усилием, идя против своей природы; а только знать или чувствовать применительно к своему телу. Тогда это даст возможность приблизиться к той полноте и всеохвату, которые воплощает в мире архетип Льва. Это можно чувствовать как потребность тела или ума снять с себя груз своей самодостаточности и обособленности, прикоснуться к всерастворяющему философскому камню алхимиков и исчезнуть, как предыдущий архетип Луны, чтобы переродиться вновь: но не в прежнем, а в новом образе, символе и мифе. Преобразиться самому, чтобы оказаться в новом мире.

Вновь отметим, что возвышенность устремлений Льва, которая приводит к высокому понятию Человека, его места в мире и его миссии, имеет мало общего с официальной религией, если задача её видится в том, чтобы приспособить человека к миру, а не преобразить мир, и человека, и само божество. Формулируя типичный для знака Льва взгляд на мир, писатель Леонид Андреев, чьё творчество тяготеет к философии, своё кредо выразил так: "Царство человека должно быть на земле. Отсюда призывы к Богу нам враждебны." Под первой частью этого высказывания могли бы подписаться все без исключения философы-Львы, а она в многом подразумевает вторую: и соответствует тому, что архетип веры — планета Нептун — в знаке Льва находится в худшем положении.

Для самодостаточного Льва понятие Бога растворяется в индивидуальном творчестве людей и объектах мира. Это близкий пантеизму образ "бога во всем", хотя и центрированный в самом себе. Как пишет Мальбранш: "нужно думать только о Боге, видеть Бога во всем, поклоняться Богу во всем, бояться и любить Бога во всем,"[36] — подчеркивая, что "не Бог существует в мире, а мир в Боге". Понятие Бога остаётся необходимым прежде всего для созидаемой человечеством культуры, чтобы возвышенная коллективная жизнь не распалась на множество отдельных недалёких индивидуумов. Фейербах пишет: "Быть без религии — значит думать только о себе; иметь религию — значит, думать о других."[37] "Люди, которые не могут долее проецировать образ Бога, находятся в реальной опасности диссоциации,"— констатирует Юнг. Но он замечает также, что в наше время в психике людей образ Бога исчез: его место заняла полнота существования человека. Бог для Льва — тот же символ и миф, стоящий над человеческой историей как рычаг объединения людей и как цель их творения.

"Человек есть начало, человек есть середина, человек есть конец религии,"— пишет Фейербах.— "Бог человека таков, каковы его мысли и намерения. Ценность Бога не превышает ценности человека. Сознание Бога есть самосознание человека, познание Бога — самопознание человека. Божество человека заключается в его духе и сердце, а дух, душа и сердце человека обнаруживаются в его Боге. Бог есть откровение внутренней сути человека, выражение его "я"; религия есть торжественное раскрытие тайных сокровищ человека, открытое исповедание его тайн любви."[38] Для Фейербаха любовь к Богу — лишь отчужденная, ложная форма подлинной любви к людям.

В действии Бога заменяет любовь. Энергию для творения рождает чувство, обладающее для Льва подлинной реальностью и делающее реальным всё остальное. "Человек сознает, что сердце, любовь, есть высшая, абсолютная сила и истина... Любовь есть сам Бог, и вне любви нет Бога. Любовь делает человека человеком и Бога — человеком. Любовь укрепляет слабое и ослабляет сильное, унижает высокое и возвышает низкое, идеализирует материю и материализует дух. Любовь есть подлинное единство Бога и человека, духа и природы."[39]

Любовь для Льва это страсть, отражающая экзальтацию во Льве Плутона, планеты внутреннего потенциала. Это данная людям природой эмоциональная реакция на саму жизнь — в совершенстве воплощенную в образе человека. Но это также чувство, исполненное высшего смысла и данное лишь человеку. "Как для одних необходимы слова, для других — труд и борьба, так для меня необходима любовь. Как воздух, как еда, как сон — любовь составляет необходимое условие моего человеческого существования,"— пишет Л.Андреев. И Фейербах, провозглашая величие человека, говорит не "Человек есть бог": что лишь замкнуло бы человека в границы его исключительности — но "Человек человеку бог", что выводит его из этих границ и посвящает миру.

Любовь формирует открытость миру, к которой призывает Лев Шелер. Он пишет о любви как об акте восхождения, отводя человеку и здесь центральное место: "В мире не так уж много любви, чтобы тратить её на что-либо, кроме человека". Фейербах пишет: "Истинная диалектика не есть монолог одинокого мыслителя с самим собой, это диалог между Я и Ты. Величайшим и последним принципом философии поэтому является единство человека с человеком."[40]

Для Шелера любовь в высшем смысле — это участие в жизни другого, "не нарушающее его истинной экзистенции". В быту страстный Лев нередко становится тираном; но истинная любовь к человеку должна сохранять за ним право его самостоятельного существования. Лишь тогда она будет разумным залогом целостности бытия и единства людей, которое творит историю.

Но предоставить свободу другому может только тот, кто обрел её в себе самом; увидеть божественное в каждом человеке способен лишь тот, кому было дано соприкоснуться с собственной абсолютной природой. И всё же в этом нет ничего недостижимого: это всего лишь материальный процесс обретения самосознания, основой которого служит тело. В его каждой клетке скрыта энергия разума, готовая послужить дальнейшей эволюции. Когда думает ум, тело участвует в этом процессе как может: двигается, помогая мыслить; замирает, образуя фон восприятия; расслабляется, предоставляя силы внутреннему процессу. Но физиология никогда не сможет описать этот процесс, потому что его задача выходит за рамки существующего бытия. Цель разума, цель любви, выводящей разум на новые орбиты, — в творении новой формы существования, новой Вселенной.

Это легко было бы представить на примере рождения каждого ребенка — нового человека со своим особенным миром: если бы мы целостно понимали этот процесс не только с физиологической точки зрения, а хотя бы как появление уникального представителя человечества, выполняющего определенную преобразовательную задачу. В быту Львы любят детей, наряду с другими своими хобби, оформляющими и украшающими их мир, который они охотно демонстрируют другим. Они уважают людей и их миры; но та Любовь к Людям, которая являлась в снах Веры Павловны в книге Чернышевского, призывает идти дальше этого — к полной самоотдаче Человека бытию и тому миру, который он преображает. Образ добровольного самопожертвования уже относится к следующему архетипу: Девы-Прозерпины, регулярно нисходящей в подземный мир и потом воскресающей. Что же касается мифических героев солнечного архетипа, их, как правило, хватает лишь на один акт соприкосновения с миром иным — остальные их подвиги задействуют потенции видимого мира. Лев вширь и вдаль развивает принцип многообразия, которое воплощает в материи архетип Рака. К миру иному и внутреннему он обращается лишь тогда, когда нельзя найти искомого в этом мире, внешнем; но его подвиг — найти здесь и воплотить через свою личность: в этом его любовь к миру и людям.

 

ГОРОСКОПЫ ФИЛОСОФОВ-ЛЬВОВ

 

В гороскопах философов-Львов акцентирован Уран: планета коллективной эволюции, побуждающая выйти за пределы своей индивидуальности и включиться в общие перспективы человечества. У Фейербаха — лучшее для философских занятий соединение Урана с Сатурном; у Мальбранша Уран в соединении с Юпитером; у Чернышевского — в оппозиции к связке Солнце-Меркурий; у Кассирера — в связке с Солнцем и оппозиции к Сатурну; у Шелера — в связке с Марсом и Меркурием и оппозиции к Сатурну; у Шри Ауробиндо — в связке с Марсом; у Фейербаха и Юнга — в тригоне к Марсу.

Также видна задействованность Марса (кроме перечисленных аспектов Марса с Ураном, можно отметить хорошие аспекты Марса к Венере и Луне у Фейербаха, к Юпитеру у Чернышевского и Кассирера; к Солнцу — у Мальбранша и Кассирера). Марс — планета "я", но если Сатурн и Солнце обозначают эго как самостоятельность и самодостаточность индивидуальности, то Марс выводит личность за её ограничения (с Солнцем и Вестой — в исполнении своей задачи, с Ураном и Юпитером — в служении обществу). Гармония Марса с Юпитером подчеркивает личное совершенство философов-Львов. Уран и Марс — две планеты, обозначающие путь вперед и перспективу, будоражащие мысль, дающие возможность разрушения всякой консервативной ситуации и внедрения новаторских проектов.— Таким вырисовывается истинное жизненное творчество представителей архетипа Льва.

Среди аспектов Урана обращает на себя внимание оппозиция к Солнцу и Сатурну: фиксирующая противопоставление коллективного и индивидуального. По астрологической системе знак Льва, ставящий яркий акцент на себе, собственной личности, — худшее положение Урана ("изгнание" планеты коллективного альтруизма). Однако философия Льва в целом как раз и посвящена тому, чтобы совместить оба члена этой естественной оппозиции. Мыслители этого знака разрешают противоречие яркости индивидуальности и её растворения в коллективной эволюции. В мифологии такая самоотдача личности присуща архетипу героя. В философии здесь на первый план выходит понятие любви, и Уран, как и Солнце, нередко имеет аспекты к планете любви Венере.

 

Неслучайно показательное положение в гороскопах философов-Львов астероидов любви и партнерства. У Чернышевского астероид Философия стоит в окружении Эрота (бога любви), Антэрота (бога разделенной любви) и Митры (бога браков и договоров). В карте Фейербаха Амур на Плутоне, Антэрот в сочетании с планетой мудрости Висдом в тригоне к Сатурну, Митра в полусекстиле к Сатурну. У Шелли Антэрот на Солнце в связке с Венерой; Амур в соединении с Философией; Эрот вблизи планеты страсти Плутона.

У Кассирера Эрот в соединении с Утопией; зато Антэрот в сочетании с планетами творчества и партнерства Палладой и Юноной; а Амур — в соединении с Веритас ("истина") и миротворцем-Хироном, отвечающим за человеческие отношения. В карте Шелера, родившегося с Кассирером в один год, также связка Амур-Веритас-Хирон (которую можно выразить девизом: "истина — в гармонии любви") и ещё более точное соединение Антэрота с Палладой и Юноной, подчеркивающее творческое начало разделенной любви. На Солнце Шелера стоит Купидон: любовь — самая суть его жизни и философии.

У Юнга Эрот находится в зените, в тригоне к планете инстинктов и страстей Плутону. Паллада с Юноной в его карте стоят на Уране, подчеркивая творческую перспективу человеческих отношений.

Заметны у философов-Львов астероиды мира и согласия: Конкордия ("согласие"), Пакс ("мир"), Амитиция ("дружба") или Фратернитас ("братство"). Конкордия на Юноне Фейербаха и Венере Чернышевского; у Шелера в тригоне к связке малых планет Панацея, Амитиция и Фейербах (что делает Шелера продолжателем философской антропологии Фейербаха). У Фейербаха на Марсе Фриден (мир); Амицития также в связке с Панацеей. Пакс ("мир") на Солнце Мальбранша и Юнга, Марсе Шелли, Нептуне Шелера. В карте Шри Ауробиндо Амицития ("дружба") на Юпитере, а Фратернитас ("братство") на Марсе.

Таким образом, можно сказать, что вошедшая в наш быт, наряду с материализмом, философия мира, дружбы и любви — тоже достижение архетипа Льва.

 

*       *       *

 

1. Никола Мальбранш (6.8.1638 – 13.10.1715) — франц. философ-окказиционалист, исходивший из дуализма материи и духа, соединяемых лишь Божьей волей. Принцип самобытности того и другого в гороскопе философа отмечает тригон Солнца с Марсом и связка астероидов Принципия и Автонома на последнем. Растворение человека и мира в Боге может обозначать соединение Юпитера с Психеей, в тригоне к Венере и Луне, дающее ощутить внутренний, душевный резонанс социальных и природных явлений.

Из философских астероидов мы находим связку планет науки и ментального творчества Цереры с Палладой в точных аспектах к Солнцу и Марсу; Абстракту на Уране (абстрактное знание); Ментора на Солнце (просветительство). Философия, Матезис и Мемория на Весте в связке с Хироном в Тельце определяет философскую задачу как созидание стройной и прочной гармонии из обособленности. Умер Мальбранш в Весах, знаке законов гармонии.

 

2. Жан Батист Ламарк (1.8.1744 – 18.12.1829) — франц. естествоиспытатель,  предшественник Дарвина в создании теории эволюции органического мира. Умер в Стрельце, знаке диалектики природы.

В его карте планета эволюции Уран находится в оппозиции к связке Меркурий-Хирон-Венера-Юнона-Солнце (выражающей многообразие, гармонию и совершенство жизни); при этом Уран и Меркурий имеют хороший аспект к Церере, что дает качество систематизации, по-научному универсальной. Меркурий-Хирон обозначает качество переменчивости и приспособляемости к среде, а Солнце-Венера — совершенства форм; Юпитер в секстиле к Солнцу подчеркивает широту и динамику жизни; все вместе рисует образ совершенствования жизни в процессе её преобразования. Астероид Прометей на Уране ставит акцент на движении вперед. Тригон Плутона и Нептуна в сочетании с Вестой обозначает глубину жизненного потенциала и задачу проследить его исток. На Венере индийский аналог Урана Варуна, творящий и разрушающий майю жизни, подтверждает всеобъемлемость, универсальность взгляда на природу в изменчивости её форм.

Философия в гороскопе Ламарка в точном тригоне к Сатурну. Из астероидов живой природы можно отметить богиню растительности Флору в сочетании с мыслью-Метидой и возможное положение покровительницы животных Артемиды на Луне. Есть астероид Ламарк, который находится в Раке, знаке естества жизни, в средней точке между Нептуном и Меркурием, планетами синтеза, стоящими в том же знаке,— и в соединении с Персевранцией, выражающей качество упорства (требуется много настойчивости, чтобы описать весь органический мир в его эволюционном развитии!)

 

3. Людвиг Фейербах (28.7.1804 – 13.9.1872) — нем. основоположник антропологического материализма: основой которого является Человек во взаимосвязи Я и Ты. Научно-философские склонности в карте определяет связка Солнца, Меркурия и Узла, растянутое соединение Урана и Сатурна и положение астероида Философия на планете ментального творчества Палладе. Отмечены малые планеты науки и философии: астероид разума Сапиенция — на Солнце; планета открытый Бельтровата — на Меркурии; Веритас (стремление к правде) на Юпитере. На Сатурне — философский астероид Скептикус (а также Этернитас — вечность), в тригоне к нему — астероид мудрости Висдом.

Человека в центр философии Фейербаха ставит Марс, в тригоне к Урану. А также самый сильный напряженный аспект карты: квадрат Марса к Плутону, акцентирующему драматизм борьбы и страсти, как и любви (что подчеркивает положение астероида Амур на Плутоне). Планета любви Венера находится в гармонии к Урану и Луне, разрешая их оппозицию между собой. Противоположности мысли и жизни: возвышенного, духовного — и близкого, душевного, телесного — соединяются в любви. На глубину чувства указывает положение Плутона в Рыбах, а Нептуна в Скорпионе: у представителей поколения Фейербаха страсть связана с сочувствием и растворением во всеобщем, а высшая любовь — с драматизмом и страданием (правда, у философа на Нептуне стоят астероиды Эндимион и Гаудиум, символизируя высшую радость). Как это характерно для философов-Львов, астероиды любви сопутствуют планетам науки: в связке Висдом и Антэрот, муза науки Калиопа с Купидоном и Элевтерией в гармонии к Урану. Последнее акцентирует проблематику человеческой свободы, как и тригон Марса к Урану.

Марс образует гармонию с Луной и Церерой, связывая воедино естественное течение жизни и рациональную волю. Тригон Солнца, Меркурия и Венеры к Луне (и Церере) символизируют цельность личности и ее восприятия; совершенство жизни и разум, присущий ей самой. Этот акцент на естественной гармонии происходящего присущ знаку Девы — где стоит астероид Фейербах, в сочетании с философским астероидом Сизиф и планетой универсального знания Университас. Неслучайно Дева — знак смерти философа.

 

4. Николай Гаврилович Чернышевский (24.7.1828 – 29.10.1889) — рус. просветитель и писатель-социалист, продолжатель идей Фейербаха. Как и в карте последнего, в гороскопе Чернышевского обращает на себя внимание аспект борьбы Солнца с Юпитером (конфликт развитой индивидуальности с обществом и традиционным мировоззрением). Он разрешается через хорошие аспекты к Марсу: выход личности на новый путь — что подчеркивают астероиды Вера и Элпис ("надежда") на Марсе. (Интересно, что там же стоят астероиды идейно близких писателей: Герцен и Островский, а также Муза; и использование имени Вера для главной героини произведения "Что делать?" — истинной музы писателя! — тоже не случайно).

Писательский талант определяет соединение Солнца с Меркурием и Венерой, и близость этой связки к Сатурну (где стоит муза науки и литературы Калиопа). Оппозиция этой связки к Урану символизирует развитие революционных идей (которые могли бы быть и эволюционными, если бы не квадрат к Юпитеру). Труд просветительства, который Чернышевский взваливает на себя, символизируют астероиды Опс и Панацея на связке Солнце-Меркурий (там же Апелла и Парадиз — характерный для Льва призыв к построению рая на земле). Близ Урана находится астероид Фейербах в сочетании с Утопией: и свою картину будущего Чернышевский основывает на антропологическом материализме Фейербаха.

Его собственные озарения символизирует сочетание Паллады с Эврикой. Чернышевский добавляет антропологии Фейербаха социальную динамику (которую символизирует малая планета Динамена на его Юпитере). Также в центр антропологии Чернышевский ставит не только "разумный эгоизм" (человечность индивида в позитивном смысле), а и феномены богатства и власти — которые обозначает Плутон, в карте Чернышевского имеющий позитивный аспект к Венере (в отличие от их оппозиции у Фейербаха).

А на то, что его учение — это философия разделенной любви, указывают — кроме упомянутых Эрота и Антэрота на Философии — астероиды Чернышевский, Фидуция ("уверенность"), Яс ("ясность") и Конкордия ("согласие") в сочетании с планетой любви Венерой.

 

5. Эрнст Кассирер (28.7.1874 – 13.4.1945) — нем. философ, основа философии которого — единый "мир культуры", рассматривал идеи разума как "символические функции" — созидающие мир принципы, связанные с божественным в человеке. Последователь Канта, он упразднял кантовскую "вещь в себе" и умер в Овне, знаке чистой мысли.

Философия в его карте стоит на планете Марс, который находится в связке с Меркурием, и далее с Солнцем и Ураном (таким образом задействованы архетипы, отмеченные у философов-Овнов). Как создателя "философии символических форм", Кассирера характеризует Нептун в точном соединении с показателем цели Восходящим узлом (до минуты), и в квадрате к Солнцу в соединении с Ураном ставит задачу осмысления единого духовного пространства: "мира культуры", уделяя внимание мифу и символу. Аспект мифотворчества Уран-Нептун реализуется через Солнце (человека во всей полноте его жизненных проявлений), но получает напряженный характер (отсюда осознание символической природы культуры, а не само создание мифов). Этот аспект отражает известное определение человека как "символического животного".

Социально утвердившиеся формы как фокус исследования и ключ к постижению индивидуального мира человека может подчеркивать тригон Весты к Юпитеру, и секстили этих планет к Марсу. В квадрате к Весте стоит астероид Кант, недалеко от малой планеты науки Сциенции

Традиционно философский аспект Сатурна и Урана представлен оппозицией этих планет: это ставит задачу осмыслить, что такое сама философия и чем она должна заниматься. В силу этой оппозиции и акцента на Нептуне (как цели и вершине тау-квадрата), Кассирер выступал против чисто абстрактной философии, которая, согласно ему, логически ведёт лишь к мистическому постижению, невыразимому словами, в то время как реальное познание, продуцирующее знание,— изучение форм культуры. В этом отразилась и обращенность знака Льва к реалиям внешнего мира. Среди философских астероидов можно отметить связку Автономы и Висдом (независимость и мудрость) в тригоне к планетоиду культуры Хирону, расположенному недалеко от Нептуна.

 

6. Макс Шелер (22.8.1874 – 19.5.1928) — нем. основоположник философской антропологии как самостоятельной дисциплины. Преодолевая абстрактность и формализм кантовской этики, пытался построить иерархию объективных ценностей, к прозрению которых приводит акт любви. Умер в Тельце, знаке чувства как основы познания и ценностного подхода.

В его карте, как и у Кассирера, обращает на себя внимание оппозиция материи Сатурна к активному мышлению: связке Уран-Меркурий-Марс. Противоречие вещественного мира и сознания разрешает планета любви Венера, в хороших аспектах к этим планетам. И для Шелера наряду с рациональным apriori (заранее заданными логическими категориями) существует также эмоциональное и этическое apriori (заданность чувственного и нравственного восприятия), столь же важная для человека.

Астероид Кант (в сочетании с малой планетой Карма) стоит против Солнца, но оба имеют связь с учебной планетой Церерой, Узлом и астероидом Абстракта. Хорошие аспекты Солнца с Церерой и Узлом отражают тенденции к построению некой абсолютной иерархической системы. Соединение Нептуна с Восходящим узлом в тригоне к Солнцу побуждает обратиться к вечному в человеке: к его духовной природе как цели жизни и бытия.

Среди малых планет обращение к антропологии может символизировать интересная связка Хэврика (эврика), Элпис (надежда) с образом "снежного человека" Йети. В точку Солнца проецируется муза истории Клио, просветитель-Ментор и бог любви Купидон (о чем уже упоминалось — о роли других астероидов в гороскопе Шелера см. выше).

 

7. Карл Густав Юнг (26.7.1875 – 6.6.1961) — швейц. психоаналитик и психиатр, основатель "аналитической психологии", доказавший существование в психике человека более глубокого слоя, помимо индивидуального: коллективного бессознательного (точнее, подсознания, если быть более корректным в переводе[41]), содержание которого составляют общечеловеческие первообразы — архетипы. Юнг разработал типологию характеров и оказал большое влияние на сравнительное изучение мифологии и религии. Умер в Близнецах, знаке инстинктивного интеллекта и принципа всеобщей взаимосвязи.

Профессию психоаналитика в гороскопе Юнга определило соединение планеты глубинных инстинктов Плутона с Психеей и Сциенцией ("наука"), в квадрате к планете стержня личности Сатурну: и целью психиатрической работы предстает восстановление основы индивидуальности (Сатурн), разрушаемой бессознательными эмоциями (Плутон). Веста на Солнце сосредотачивает на внутренней задаче личности — во многом заменяя Сатурн. Соединение Меркурия с Венерой в Раке обращает к внутреннему миру (там же стоит астероид Юнг). Центр индивидуальности и его загадку символизирует также Солнце в соединении с Вестой (фокусом личной задачи) и философским астероидом Сфинкс. Квадрат Солнца к Нептуну противопоставляет индивидуальную разумность и коллективное подсознание; делая бессознательное угрожающим целостности человека (по принципу: "сон разума рождает чудовищ"). Здесь показательно также положение Харибды: чудовища в виде круговорота — на планете основ материи и человеческого самосознания Сатурне.

При этом хорошие аспекты к Сатурну и Плутону имеет планета мировоззрения Юпитер, организующая в Хаосе Космос (её культурную роль подчеркивает соединение с астероидом Минерва). За новаторские идеи (и пробуждение спящего подсознания) отвечает восходящее созвездие Водолея, подчеркивая значимость эволюционного архетипа Урана, и тригон Марса к Урану в сочетании с астероидами творческих озарений Палладой и Хэврика. Малая планета Арахна на Солнце и Весте отмечает задачу сплести единую ткань жизни. Солнечный бог Аполлон на Венере Юнга указывает на всевидение и совершенство, исходящее от человеческих чувств.

 

8. Шри Ауробиндо Гхош (15.8.1872 – 5.12.1950) — инд. религиозный философ, боровшийся за независимость Индии, а потом поставивший более глобальную задачу единого преображения всей действительности через совершенствование разума и тела человека. Умер в Стрельце, знаке социальной деятельности и религиозных учителей.

Его гороскоп характерен соединением Солнце-Юпитер, символизирующей выработку общественного мировоззрения; в тригонах к планетам тела и духа Церере и Нептуну, аспект которых дает способность контролировать духовные процессы. (Связь Нептуна и Цереры — типичный аспект йогов и духовных учителей: например, он также есть у Блаватской и Кастанеды.) Малая планета пути: Орма — на Нептуне символизирует духовный путь. В квадрате к Солнцу находится Плутон, планета преобразования мира и глубинных массовых энергий, что ставит задачу их поиска и высвобождения (отмеченная астероидами Сапиенция "наука" и Автонома "независимость"). Связка Марс-Уран, побуждающая преодолевать прежние традиции, дополняет портрет духовного лидера: идеи которого имеют радикальный и революционный уклон. Против Юпитера находится Сатурн в соединении с Луной, что противопоставляет общественным традициям кристаллизацию собственной личности.

Ауробиндо — Лев по Асценденту (характеристика часа), как и по Солнцу. На Солнце Ауробиндо — астероиды мудрого лидерства: знающий будущее обновление мира Один и агнец-Амон, сами за себя говорят стоящие там же малые планеты Весьмир (вселенная) и Амнистия (освобождение). Другой астероид свободы, Элевтерия, в точных тригонах к Солнцу и Нептуну, рядом с Церерой: основой духовного освобождения является тело. Ауробиндо мечтал сделать его бессмертным, преобразив "суперментальным" (сверхинтеллектуальным) потоком сознания: что может символизировать планета вечной молодости Геба на его Меркурии.

Таким образом, даже у индуса оказываются значимы астероиды с именами античной, египетской и германской культуры: что говорит о единстве общемирового сознания. Но, конечно, показательно стоят в карте Ауробиндо боги и герои его собственной культуры: мудрец Хануман на Восходящем узле; на Уране супруга Шивы Парвати и самоотверженная героиня Сита. Можно отметить также положение на Церере, планете телесно-материальных преобразований, астероида Аура.

 

9. Карл Раймунд Поппер (28.7.1902 – 17.9.1994) — австрийский и британский философ-неопозитивист. Он изучал отношения между конкурирующими и сменяющими друг друга научными теориями и выдвинул принцип фальсифицируемости теорий как критерий их научности, взамен принципа верификации: научна не та теория, которую можно доказать, а та, которую можно опровергнуть. Его критический рационализм определяет в карте оппозиция Меркурия к Сатурну (а ещё точнее к Весте) и растянутое соединение Цереры с Меркурием и Марсом. Принцип фальсификации, кроме оппозиции Меркурия к Сатурну, может символизировать оппозиция Цереры к Хирону. Умер в критическом знаке Девы, которому свойственно видеть относительность всякого знания.

Поппер также считал, что к науке можно относиться как к разновидности мифа — такому взгляду способствует вес знака Рак (5 планет, в том числе соединение Венеры, где стоит философский астероид Сизиф, с Нептуном и Марсом, там же и рациональные планеты Церера и Меркурий).

Карл Поппер известен и политическими идеями (в карте эту проблематику показывает оппозиция Урана к Плутону, которую разрешает гармония этих планет к Весте и Юпитеру). Он был одним из наиболее влиятельных критиков тоталитаризма (за что говорит связка харизматического лидера Марс-Нептун), выступая в защиту "открытого общества", где правящая элита может быть законным путем отстранена от власти. И поскольку неизвестно, в каком направлении повернёт человеческое знание, общество должно быть открыто для разных точек зрения и способов жизни — таким образом, Поппер делает философию науки основой идей плюрализма и мультикультурализма. За это также говорит сила архетипа Рака, Конкордия (согласие) на Луне, связка Толерантность-Либератрикс в точном секстиле к Меркурию, а также позитивный акцент на Весте (собственный путь, что подчеркивает и её соединение с Автономой) и Юпитере (широта взглядов).

Как известного мыслителя его также характеризуют Фама (слава) и Метида (мысль) на Солнце и Философия около него (в 4-х градусах), а также Талант на Сатурне. За творческое вдохновение в сфере знания говорят связки Ипокрена-Сапиенция, Муза-Принципия и Фантазия на Уране.

 

 

       другие главы:

         «ЧИСТОЕ МЫШЛЕНИЕ» ОВНА

 

         «СУТЬ ВЕЩЕЙ» ТЕЛЬЦА

 

         «ПОРЯДОК СЕРДЦА» БЛИЗНЕЦОВ

 

         «ПРЕДУСТАНОВЛЕННАЯ ГАРМОНИЯ» РАКА

 

 

         «ХИТРОСТЬ РАЗУМА» ДЕВЫ

 

         «ТВОРЧЕСКАЯ ЭВОЛЮЦИЯ» ВЕСОВ

 

        «СОКРОВЕННАЯ ИСТИНА» СКОРПИОНА

 

         «БОГ, ТО ЕСТЬ ПРИРОДА» СТРЕЛЬЦА

 

         «ПОЗИТИВИЗМ ЛИЧНОСТИ» КОЗЕРОГА

 

         «БЛАГО, ИСТИНА, КРАСОТА» ВОДОЛЕЯ

 

         «ВОЛЯ И СОЗЕРЦАНИЕ» РЫБ

 

   

к оглавлению и началу книги

        вернуться к главной странице

 



[1] Шелер М. Положение человека в Космосе. в кн: "Проблема человека в западной философии". М., "Прогресс", 1988 с.93

[2] Кассирер Э. Опыт о человеке: введение в философию человеческой культуры. Проблема человека в западной философии. М.,"Прогресс", 1988 с.9

[3] там же, с.10

[4] там же

[5] Мальбранш Н. О разыскании истины. в кн: "Антология мировой философии" М., 1970 с.443

[6] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.II с.685

[7] Шелер М. Положение человека в Космосе. в кн: "Проблема человека в западной философии". М., "Прогресс", 1988 с.60

[8] Кассирер Э. Опыт о человеке: введение в философию человеческой культуры. Проблема человека в западной философии. М.,"Прогресс", 1988 с.19

[9] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.II с.547 и т.I с.267

[10] Кассирер Э. Опыт о человеке: введение в философию человеческой культуры. Проблема человека в западной философии. М.,"Прогресс", 1988 с.30

[11] там же, с.28

[12] там же, с.29

[13] там же, с.29

[14] Шелер М. Положение человека в Космосе. в кн: "Проблема человека в западной философии". М., "Прогресс", 1988 с.52-53

[15] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.II с.178

[16] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.II сс.31-32 и т.I с.231

[17] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.I, с.638

[18] "Роль символов" в кн. Юнг К.Г. Человек и его символы. СПб, 1996 с.107

[19] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.I с.108

[20] Шелер М. Положение человека в Космосе. в кн: "Проблема человека в западной философии". М., "Прогресс", 1988 cс.72-73, 76

[21] Кассирер Э. Опыт о человеке: введение в философию человеческой культуры. Проблема человека в западной философии. М.,"Прогресс", 1988 с.26

[22] Шелер М. Положение человека в Космосе. в кн: "Проблема человека в западной философии". М., "Прогресс", 1988 с.57

[23] К.Г.Юнг, Комментарии к "Секрету Золотого Цветка": "The Secret of the Golden Flower", London, 1929, р.77-78

[24] Шелер М. Положение человека в Космосе. в кн: "Проблема человека в западной философии". М., "Прогресс", 1988 с.57

[25] там же, с.53-54

[26] там же, с.60

[27] там же, с.61

[28] там же, с.71

[29] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.II с.155

[30] там же, сс.175, 178

[31] Юнг К.Г. Значение снов в кн.: Человек и его символы. СПб, 1996 с.20

[32] Шелер М. Положение человека в Космосе. в кн: "Проблема человека в западной философии". М., "Прогресс", 1988 с.62

[33] там же, с.90

[34] там же, с.90

[35] там же, с.92

[36] Мальбранш Н. О разыскании истины. в кн: "Антология мировой философии" М., 1970 с.445

[37] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.II с.414

[38] там же, с.42

[39] там же, с.219, сс.78-79

[40] Фейербах Л. Избр. филос. соч. М., 1955 т.I с.204

[41] см. наш комментарий к переводу: Юнг К.Г. Алхимия снов. Спб., "Timothy", 1997 с. 173